Наша группа спускалась с холма к очередной безымянной деревне. Мы с Глебом еще полны сил, а вот наши нетренированные спутники все чаще спотыкались и вполголоса жаловались на усталость, пользуясь малейшим случаем присесть хоть на минуту.

— Ну, давайте немного отдохнем, — наконец, сказал я, не в силах больше смотреть на их изможденные лица.

Профессор и охранник тут же облегченно завалились на землю, растягиваясь в полный рост. Интернет здесь не ловил, поэтому я попросил у Антона карту, сел у березы, развернул на коленях. Глеб подсел рядом, внимательно следил за моим пальцем, указывающим направление нашего передвижения, удивленно спросил.

— Что-то я не пойму этого чудика. Зачем он на юг идет? Там же трасса, а потом густо заселенная местность. Что он там ищет? Или вообще ничего не соображает, идет куда глаза глядят?

Я пожал плечами, обратился к профессору.

— А вы как думаете, Эдуард Янович, почему?

Профессор устало вздохнул, в очередной раз вытер со лба пот, ответил не сразу.

— Конечно, ему бы лучше идти на север. Собственно там мы его нашли, там его жилье, самка. Он, как в большей степени представитель животного мира, должен был бы чувствовать это. Но… даже не знаю. Для меня это тоже загадка.

Он около минуты что-то обдумывал, перебирая в уме свои догадки, приподнялся на локтях, сказал, осторожно подбирая слова.

— Я могу кое-что по этому поводу предположить. Возможно, наш пациент настолько слаб, что его природное чутье на этот раз его просто подвело. Это самое простое объяснение. Сбился его, как бы это назвать, внутренний компас что ли.

— Ну, то что он ослаблен, — сказал я, — подтверждается и его частыми остановками. Особенно последнее время. Да и всю дорогу его энергетический след довольно слабый, жиденький даже я бы сказал. Если в ближайшее время он не подкрепится, то, думаю, мы скоро обнаружим гигантский мохнатый труп.

Привал был коротким. Мы продолжили путь.

В низине, между холмами, тусклый след гиганта повел нас к пересохшему ручью, вдоль которого он двигался дальше на юг.

Из полумрака проступили домики маленькой затихшей деревни. Неужели он рискнул пойти через населенный пункт? Там же люди.

Но, когда мы спустились к этой деревне, я понял, что бояться ему было нечего. Деревня заброшена. Системные указатели продолжали вести меня за диким человеком.

— Вот здесь, — показал я рукой вдоль дороги. — Сигнал усиливается.

Мы прошли по улице, свернули к ближайшему домику.

Я толкнул рукой ворота, зашел в заросший бурьяном двор.

— Он что, был здесь? — недоверчиво спросил Запольский.

Словно по невидимой дорожке я направился прямиком к сараю, открыл скрипящую дверь. В глаза из угла ударил сгусток синей мглы.