— Трудно сказать точно, — ответил я, — может полчаса, может меньше…

— Черт! — у Глеба от возбуждения вздулись вены на руках. — Надо быстро за ним!

Он подбежал к Диме, схватился за автомат. Дима от неожиданности и испуга выпустил из рук бутылку, которая покатилась по дороге, разливая остатки воды, судорожно вцепился в оружие.

— Н-нет! Нельзя! Отпусти!

— Ты все равно не умеешь им пользоваться, болван! — Глеб упорно тащил за ремень автомата, Дима волочился за ним, пыля по бровке дороги и собирая в кучки гравий. Мимо, сигналя и рыча, пролетела «десятка».

— Да оставь ты его, Глеб! — сказал я, схватил за плечо. — Пошли!

Первый сбежал с дороги на другую сторону. Глеб отпустил ремень, махнул на серого от пыли охранника рукой и побежал следом.

— А машина? — спросил он на ходу. — Тут ее оставить, что ли?

Я присел на корточки, опустил руки на землю.

— Тут до реки рукой подать, — ответил я, одновременно прислушиваясь к сигналам, вибрирующим по поверхности земли. — Ему некуда деться. Он в ловушке… стой!

В следующий миг я не поверил своим ощущениям, прижал ладони плотнее — так и есть!

— Что? — спросил Глеб через плечо. — Что там еще!? Ну, не молчи ты!

Я поднялся, посмотрел в растерянные глаза друга, перевел взгляд на испуганные глаза Димы, появившегося незаметно рядом.

— Ч-что с-с-случил-лось? — выдавил охранник, косясь на Глеба и отряхивая камуфляж, который был больше похож на пыльный мешок.

— Он прыгнул в воду, — сказал я медленно, — он хочет переплыть реку.

Несколько мгновений они потрясенно молчат.

— К-как? — наконец спросил Дима.

Глеб повернулся, воткнул в него жесткий взгляд.

— На надувном матрасике! — съязвил он, — как же еще можно переплыть километровой ширины ледяную реку!

Дима в ответ покраснел, прищурил глаза, открыл было рот, чтобы достойно ответить, но я его перебил.