— Выяснить у него, какого хрена он у меня энергию забирает для себя! — ответил я, рывком поднялся и широко зашагал дальше на север. Я знаю, где он. Я теперь лучше его чувствую. Причем, благодаря ему же. Гаду…

— Эй! Ник! — крикнул в спину Глеб. — Ты куда!?

— За дикарем, куда же еще, — ответил я, не сбавляя темпа. — Разобраться бы надо.

Глеб догнал меня, пошел рядом.

— С кем разобраться-то, с дикарем что ли? — усмехнулся он.

— Да, с ним самым, — ответил я серьезно.

Глеб помолчал несколько секунд, понял, наконец, что я не шучу.

— Во дела! Вот круто! Эх, поговорим!

И звучно хлопнул кулаком в ладонь.

Сейчас наш путь шел под горку. Судя по карте, нам до реки километра три, не больше. При хорошем темпе, да под горку, мы могли дойти за полчаса. Если, конечно, не будет на пути всяких заводей, а они, если верить карте, могут быть.

Пока было время, я пытался определиться с задачами и вообще с нашим текущим положением.

Толпа охранников и полицейских с собаками ушли к лодкам, на запад, скоро они погрузятся, поплывут против течения. Еще примерно через полчаса они будут на том месте, куда выйдем мы с Глебом. Там я точно буду знать, где переплыл реку дикий человек. В этом же примерно месте река Угорка впадает в Каму и это устье довольно широкое, поэтому его вполне могло снести и на правый берег, в небольшой поселок Усть-Угорск. А если нет, то тогда он выберется на левый берег, а там опять непроходимый лес, болота. Надо будет проверить оба берега, чтобы наверняка.

Хотя чего сейчас об этом. Прибудем на место, тогда уже точно будем знать.

Может, видение еще будет за это время, которое поможет определить его маршрут.

Через двадцать минут мы уперлись в густо поросший берег. Другой берег видно, до него метров сто, значит это не река, а заводь.

Пробрались через кусты, я посмотрел влево, вправо — краев заводи не видно.

— Ну, что делать будем? — спросил Глеб, переводя дыхание. — Я не поплыву, слишком холодно.

— Это точно, — выдохнул я, тоже пытался восстановить дыхание. — Все-таки сентябрь, а не июль.

— А может обойти ее? — предложил Глеб и сел на поваленное дерево. Оно затрещало под ним, рассыпалось, и Глеб неуклюже заваливается спиной в кусты.