Меня ни в коей мере не обманул его заход в стиле светской беседы. Надо же, о литературном опусе фюрера поинтересовался. Ещё бы предложил сравнить погоду здесь в Цайтхайне и на Северном Кавказе, чудила.

По рассеянному, я бы даже сказал «размытому», взгляду, который гауптман зафиксировал где-то в точке у меня над головой, было отчётливо ясно, что всем мои ответы ему, мягко говоря, до лампочки. Нет, он внимательно слушает, фиксируя все детали: мою позу, тембр голоса, степень напряжения лицевых мышц. Но весь этот разговор…явно для того, чтобы отвлечь, ослабить контроль, застать врасплох. Никаких других объяснений у меня подобной тактике не было.

Вызывать посреди ночи, чтобы сравнить мои показания, с показаниями своих штатных осведомителей — слишком незначительный повод. Если Кригер, конечно, не законченный социопат и параноик. Но насколько я с ним знаком, это не так. Отто уравновешенный, умный и изворотливый враг, на две головы выше меня во всех этих шпионских примочках. Скорее всего, он ведёт себя со мной сейчас, как кот с мышью, чтобы максимально эффективно выпотрошить в следующие полчаса. Значит, для этого у него есть веский повод.

И повод этот сейчас в лапах дядюшки Гюнтера в допросной, куда, как я уверен, скоро отправят и меня. И ещё один неутешительный вывод. По всем признакам он явно больше не считает меня тем, кем я пытался притворяться последнее время. Пленным, предавшим Родину за тёпленькое местечко и жирную пайку.

Похоже, гнуть свою прежнюю линию мне уже не светит. Одно радует, что герр Кригер сам меня к себе позвал. Теперь не нужно ломать голову, как к нему подбираться, чтобы выяснить местоположение унтер-офицера Шерман.

Так. Прикинем расклад в здании администрации по охранникам. Он сейчас приблизительно такой: один здесь со мной и гауптманом. Второй у допросной камеры. Внутри, милашка Гюнтер и младший офицер отдела «3А» Шольц. На лестнице внизу ещё один автоматчик. На этаже в комнате с радиостанцией радист и, возможно, у двери ещё один охранник. Что ж, Гавр, похоже, концепция «тихого» побега тает с каждой минутой. Стоит признать.

Про охранников на воротах периметра и ближайшей вышке я подумаю потом. Мне бы на этом этапе не засыпаться. И по возможности провести его без лишнего шума. Да ещё гауптмана в порыве справедливого гнева не грохнуть с концами. Он мне ещё нужен. А автоматчик-то в каске! Надо бы тоже поаккуратнее. На нём ещё столько железа. Загремлю ещё под кастрюльные фанфары…

Одна радость — кабинет гауптмана, как нарочно, идеально для моих планов, расположен в закутке за углом основного коридора. И дверь аккуратист Кригер притворил плотненько. Дверка непростая, дерматином и войлоком для тепла оббитая. И окошко у нас с двойными рамами. С прикрытой форточкой. Всё одно к одному.