— Ну ты и псих, Петро. Как у тебя это получается? А, ладно! Семи смертям не бывать. На той вышке с пулемётом MG-42 двое солдат. На ночь по приказу коменданта заступает второй номер. Это днём там только один фриц. А ночью двое!

— Твою ж мать…пулемёт, говоришь? Да ещё MG-42? Не врёшь?

— Сам учётные накладные заполнял, когда меняли полгода назад. У старого MG-34 что-то с затвором случилось. За плохую чистку пулемёта тогда ещё охраннику смены пять суток ареста на гауптвахте комендант впаял. Я сам приказ печатал.

— Как всё замечательно складывается, Сёма. Раз так, надо брать! Мимо такого подарка проходить никак нельзя. Где ещё могут быть пулемёты на вышках?

— Ты точно псих, Петро, — улыбнулся Родин. Глаза его азартно блестели, — на северной проходной, через которую дорога к железнодорожной станции ведёт и на главном внешнем КПП. Их тогда все три новых распределял лично герр комендант.

— Ага, ага…теперь понимаешь, как нам ну просто позарез нужна помощь подполья?

— Хорошо, я попробую…

— Не пробуй, Сёма, сделай! Иначе сдохнем ни за понюх табаку. Пошли. До барака я тебя подстрахую. Мало ли чего. И пока я за вами не вернусь, ты с группой носа не высовывайся. Нарвётесь на патруль — перещёлкают, как куропаток. С голой жопой на охрану лезть запрещаю, считай приказ.

— Есть, товарищ Теличко!

— Ну и молоток. Грузовики наши, где расположены?

— Перед главным КПП, не доходя метров двухсот, справа есть большой навес. Под ним и дожидаются. Там не только наши. Весь транспортный парк, что возит пленных на объекты. Там же происходит и рассадка арбайткоманд перед отправкой. Ещё и склад ГСМ.

— Хм. Помню, помню. Жаль, не обратил внимание на эти детали. Что там с охраной?

— Ночью один часовой. У сарая с бочками.

— Точно? Всего один?

— А к чему больше? Там дальше по проезду небольшая пристройка с караулкой. Там же начальник смены и унтера-разводящие бытуют.

— Погоди, ты же говорил, что сменившиеся солдаты уходят отдыхать в казармы, что расположены в посёлке в пяти километрах?

— Так и есть. В этой караулке ночью почти никого нет. Так, зайти, обогреться, кофе выпить патрульным. Все же бараки на ночь запираются. Ну, кроме нашего. И полицаи захаживают.

— Это «почти никого нет» может нам боком выйти, Сёма. Недоработочка. Да ладно, обратного пути уже нет. Теперь точно без шума уйти не удастся. Ты, Сёма, постарайся довести это до Добрякова с Красновым, лады?

— Сделаю, товарищ Теличко.