– Да. – Хрипло ответил Шторм.

– Хорошо. Представь его себе. – Эльф прикрыл глаза, перевел дух. – Думай о нем. Хорошо. – Они оба сейчас видели перед собой Доктора, и эльф чуть усмехнулся. – Будь ты проклят, убийца моего брата, будь проклят навечно. Ты будешь есть, и не наедаться, пить, и не напиваться, спать, и не высыпаться. Ты не получишь больше никакого успокоения, наслаждения и удовлетворения. И даже смерть к тебе не поторопится. Пока мои племянники не сжалятся над тобой и не оборвут твою никчемную жизнь.

Он выдохнул, расслабился. Прошептал:

– Хорошо… – И замолчал. Шторм стоял на коленях перед ним, продолжая сжимать отяжелевшую безвольную руку, и не знал, что он чувствует, что думает, что ему делать… Мир его рухнул, сердце, душа – получили страшный удар. Хозяин говорил, что его родителей убили какие-то подонки, но теперь Шторм знал настоящих убийц.

И он знал, кто в этом виноват… Хозяин, конечно же, ничего не знал. Это Доктор… ублюдок… тварь… Нет, слов в человеческом языке для Доктора не было. Как и для того, что теперь его ждало. Шторм уничтожит его… уничтожит.

Эта мысль привела его в чувство, а от оцепенения спасла необходимость что-то сделать с телом. Как он теперь проклинал себя за то, что опоздал! Что привело к ссоре, теперь уже не узнать… Но если бы он ехал вместе со всеми, её не возникло бы! Питомцы Хозяина ненавидели эльфов не меньше, чем людей, а порой и больше, и не могли пропустить одинокого эльфа без того, чтобы не пристать к нему. Возможно, он что-то ответил, что те сочли оскорблением… Не важно. Шторм нашёл родного дядю и тут же потерял его. И даже не знает, как его звали, и как звали его родителей.

Зато он знает, как зовут его. Рил Рамар! Он тут же похоронил это имя в глубине сердца – пожалуй, даже Хозяину он его не откроет… Даже Габи. Наверное. Но знать его оказалось важно, очень важно. Хоть что-то было важное… в той черноте, где Шторм вдруг оказался. «Почему я ничего не помню? – Думал он, отнеся тело своего дяди в покинутое убежище и обкладывая его всем, что легко горит. – Вообще ничего… Ни отца, ни мамы?.. Ни этого случая…». Наверное, решил он, из-за удара по голове. Шторм уже несколько раз слышал, а раз и сам был свидетелем того, как парни, получив по голове, вдруг забывали что-то. Поджёг дом, отошёл в сторону, глядя на огонь. Он слышал и о том, что эльфов нельзя закапывать в землю. Нужно, чтобы тело было уничтожено – звери съели, рыбы и раки, или сжечь – сжечь лучше всего. Вот почему – не знал… Но это пока было и не важно. Главное, он это сделал. Хоть что-то сделал для своего дяди, которого так и не узнал. Больно было так, что Шторм смотрел и не видел. Всё было черно вокруг. Огонь разгорался всё жарче и жарче, пламя вырвалось из окон и двери, с отчаянным шумом и треском, провалилась крыша… Шторм на какой-то миг даже подумал, не лучше ли было бы и ему сгореть?.. И тут же стиснул зубы: нет. Пока жив Доктор, нужно жить и ему.