– Прочь! – звонко закричала она. – Уходи. Быстро! Я тоже что-то могу. Пошёл отсюда!
И я пошёл. Вернее – полетел. Возможно, я буду проклинать себя за это до конца жизни. А впрочем, сколько тут её осталось. Чего я вообще так переживаю о погоне? Всё равно же я должен…
…Неонила таки что-то смогла. Преследователи на мотоциклах вырастили крылья – похоже, опускать потолки у них больше не получалось. Да и сбивать их стало легче. Хрясь хвостом – и полетел один вниз, правда, тут же взмыл снова, но хотя бы отстал. Они отставали всё сильнее и сильнее, и, наконец, я увидел дверь. И почувствовал за ней…
…Я стоял у источника. На табло мигали зелёным цифры и буквы. Трясущимися руками я ввёл пароль, названный Неонилой. Пароль, что долгие годы хранился у неё в памяти. В её старой седой голове.
Остался сущий пустяк. Единственный шаг.
«Перезапустить программу?»
Из глубокого колодца подо мною вырос острый шпиль, пульсирующий, слабо мерцающий серебром. Био-контакт, проснувшийся от долгого сна по заданной команде, очнувшийся и ждущий крови.
В узких коридорах за запертой мною дверью слышался шум моторов. Я стоял, не в силах пошевелиться.
Почему я? Почему не отец, не сама Неонила, отец, ты же всё знал, знал, чем закончатся мои каникулы, но не сказал ни слова, не обнял даже на прощание, ты хоть что-то чувствуешь, отец, ты сам-то способен на то, чего желаешь всему миру, ты хоть знаешь, каково это стоять на краю мира и понимать, что больше не увидишь никого из родных, что больше ничего и никого, никогда…