— Здорово, — протянул он руку Скрэпу. — Как настроение?

— Как это по-русски… Э-э-э… Креново, — Стивен скрепил рукопожатие. — Я думать, мы голодать.

— Да ща-а-аз. Видишь, вышли из положения.

— Откуда такой техник? — поинтересовался американец.

— Вовка в Саратове себе достал, — усмехнулся Димка. — Но ради такого случая не стал жадничать — люди важнее.

— Сорри, Вовка — это «Хомьяк»? — уточнил Скрэп.

— А то кто же?

— Оу, май год… Передай сэнкс э лот оф… Э-э-э… Ему большой спасиб. Мы и так ему должны за одежда.

— Ни вы ему, ни мы вам ничего не должны, — нахмурился Мочалов. — Стив, ещё раз: вы — наши друзья, а друзья всегда друг другу помогают в трудную минуту.

— Я поньял. Тогда ищё раз спа-си-бо, — стараясь правильно выговаривать, он произнёс последнее слово по слогам.

— Всё, бывай. Если что-то будет нужно, завтра по рации скажете.

— Харашо.

Глядя в след удаляющемуся русскому, Стивен вдруг подумал, что вот такое к ним отношение было возможно в благополучной Америке до Чумы, но не после. Там бы они сейчас так и сидели бы до конца этого ужасающего по его меркам бурана. Сидели и ждали помощи, возможно, голодая. И не факт, что и после правительство бы о них вспомнило. А Владимир Мочалов… Ещё около двух недель назад Стивена вызвали в Тополиновку вместе с другими американцами и их жёнами. Тот сначала подумал плохое, а оказалось — пригласили, чтобы они могли выбрать себе тёплую русскую одежду, парфюм, предметы личной гигиены и много чего ещё. А уж платья и просто повседневная одежда… слов нет, одни положительные эмоции. Именно тогда он узнал, кто это всё добыл и ещё раз выпал в осадок — всё это давалось им безвозмездно. Нет, в России всё не так, как у них в Америке, даже в условиях такой глобальной катастрофы — за эти вещи там бы попросили бешеные деньги, а тут всё бесплатно. Прав был ныне покойный полковник Робинсон — за этих людей нужно держаться зубами. Они — единственные, кто несмотря ни на что, придут к тебе на помощь. Как сегодня. И даже если придётся схлестнуться со своими бывшими согражданами, Стивен твёрдо знал, на чьей стороне он будет воевать.

пгт. Барсуково. Поздний вечер

Сюда Димка добрался уже не на втором, а скорее на четвёртом дыхании — пришлось устранять мелкие поломки в необкатанной технике. Да и саней-волокуш было не двое, как в Рябиновке, а четверо. Уже у самого Барсуково Мочалов понял, что обратно ему не доехать — мотор был на грани. Так и случилось — едва он выключил зажигание, как мотор заглох с каким-то неприятным хрустом. Продукты носили оперативно и через полчаса все волокуши были пусты. Димка попытался запустить двигатель квадроцикла, но не тут-то было — стартер даже не провернул коленвал мотора.