Удар в шею подошедшему вплотную нападавшему — этот удар всем тополиновским юнармейцам ставил сам Пасечников. Сначала на манекенах, потом он и ещё четверо спецназовцев внимательно следили, чтобы парни и девушки не покалечили друг друга. На! Получи! Что, упал, как подкошенный? За дело! И тебе, на! Старший из нападавших, безусловно, двигался намного быстрее остальных, но и ему было не совладать с берсерком. Сейчас с незнакомцем дрался не командир роты юнармейцев — Андрей Федотов, нет, сейчас это была битва двух матёрых волков, в которой только один вышел бы из схватки. Двое матёрых хищников, за душой у которых было несколько жертв. Каких — вопрос другой, но тем не менее. Берсерк пропустил лишь один удар в плечо, опять в болевую точку, но боли не почувствовал. Юрий Родионович удивлённо посмотрел на необычного противника — таких ему ещё не удавалось встретить на своём пути. И двигается он молниеносно, и болевого порога у него нет. Совсем. Если бы он действительно был глубоко верующим человеком, подумал бы, что перед ним и вправду стоит что-то дьявольское, но на нет и реакция соответствующая. И он просто испугался. Конечно, в душе, но факт налицо — в нерешительности Власьев попытался провести другой запрещённый приём, но противник вдруг исчез. Всего лишь на секунду, на какой-то миг времени, а потом материализовался вплотную к главе секты «Истинный путь». И ударил. Дважды. Хлёстко и больно, мгновенно осушая до неистовой рези сначала правую руку, а потом так же и левую. Не успев опомниться от этой жуткой атаки, Юрий Родионович почувствовал удар между ног. И всё. Сначала в голове застучали молоточки, а потом и свет померк, заполняя сознание вязкой темнотой.

* * *

Маша с ошалевшим видом наблюдала за дракой — нет, скорее, избиением отца и его прислужников. Её Андрюша внезапно стал каким-то чужим и даже не человеком — настолько быстро он двигался, а его глаза — страшно — это были не человеческие глаза, а скорее глаза волка, только что не светившиеся в полутьме. Рык, который издавал Федотов, был сродни какому-то дьявольскому существу, но уж точно не человеку. Но он сражался за неё, за Машу, и кто бы он сейчас не был, она с благоговейным ужасом и одновременно любовью смотрела на своего избранника. Вот он положил всех помощников отца, вот бьёт ему в одно плечо, а потом в другое… затем ужасный удар в пах, от которого тот падает и скрючивается. Всё, бой кончился. Андрюша вздохнул и закрыл глаза. Пара секунд и к нему возвратился обычный облик, но что это? Он падает, как и его противники на землю. Он ранен? Господи, какой ужас!