— Что это было? — удивился Соловьёв-младший.

— Самое прекрасное зрелище на свете — вид ребёнка, уверенно идущего по жизненной дороге после того, как вы показали ему путь, — менторским тоном ответила Жанна. — Слова Конфуция, причём в оригинале, Димочка.

— То есть ты свободно можешь говорить по-китайски? — удивился подполковник.

— Ну, я бы так не сказала — там диалектов, как говна за баней… Ой, извините, вырвалось — покраснела она.

— Аха-ха! — заржал тот. — Всё, считай, что нашего недоразумения не было! Да, сын, повезло тебе с избранницей. А что за стиль у тебя?

— Тхеквондо. Четвёртый дан — синий пояс.

— Ого!

— Я так понимаю, тарщ подполковник, анкеты курсантов вы не читали? — не удержался от шпильки Дима.

— Та-ак! Ещё один? — нахмурился тот.

— А что, прапорщик Федотов уже упоминал об этом? — поддержала Димку Жанна.

— Ишь, как спелись, — засопел отец. — Ну, было там одно недоразумение… вы мне вот что скажите — правда, что у вас есть айтишник хороший?

— Это военная тайна, тарщ подполковник, — сделал серьёзное лицо Димка. — Все вопросы к прапорщику Федотову.

— У нас с ним, скажем так, возникло недопонимание… — угрюмо проговорил Соловьёв-старший.

— Всё проходит и это пройдёт, — пожала плечами девушка.

— Опять Конфуций? — переспросил Димка.

— Темнота! Это слова царя Соломона, — наставительно сказал отец.

— Точнее — надпись на его кольце, — поправила его Жанна.

— Съел? — язвительно ответил сын и чмокнул избранницу в щёку.

— Ладно, на эту тему поговорим в другой раз, — махнул рукой подполковник.