− За сотни лет у Каша ни разу не вышло. Пусть в человечьей коже, но он остается порождением иных миров.

− Хватит с нам пустой болтовни, − вмешался Ойла, которого злило упоминание недавнего провала. − Мы должны донести новое знание до Симеона. А как только вы поймаете ожившую мертвячку, привезите ее в Солнечную долину.

Индрик не подал виду, что зол или возмущен.

− Ты, брат, конечно, прав. Вот только не пойму, отчего это жительницу Халькарда я должен везти в столицу? У нас есть ученые головы, ничуть не хуже ваших.

− Жители на то и жители, что живые. А эту красноглазую пигалицу надо изучить в столице, раз мы первыми с ними столкнулись. Уж не обессудь, наставник, − Ойла издевательски ощерил остатки зубов.

− Спорить не будем. Дело пустое. Как Симеон напишет, там и сделаем.

Индрик тяжело встал со стула под жуткий скрип древесины, отряхивая колени, потянулся и глянул в окно. На границе небесного купола алела заря. Скоро наступит долгожданный рассвет.

− Оставайтесь еще на день. Вы устали. Я прикажу, чтобы вам постелили в дальних комнатах, где никто не будет мешать. Забудем дурное. Оно пока не пришло, а когда появиться − мы будем готовы.

− Извини нас, верховный наставник, но время уходит. Медлить опасно, − Фес согнул спину в глубоком поклоне. − Не гневайся и не держи обиды, мы этого не хотели. Ваша обитель помогла. Теперь пора домой.

− Эх… Тоже верно. А я хотел вам рассказать, как в одиночку заточил сотню голодных «таящихся» шишигари. Славная была битва. Из одежды на мне в тот чудесный день был лишь деревянный меч!

Индрик продолжил говорить в своей прежней хвастливой манере, красочно жестикулируя, пока мы спускались вниз. Нас уже ждали Стромир с Веленикой, вытиравшие лица от сажи поднесенными полотенцами. Верховный наставник все порывался дать нам своих алмагусей – животных, похожих на обычных гусей, только гораздо больше и свирепее. Летать алмагуси не умели. Их запрягали в сани, и так они могли без сна и пищи бежать хоть тысячу верст.

И хотя лично мне затея показалась соблазнительной, старшие отказались, решив не рисковать и просто заменить лошадей.

Пока я пил принесенную с запозданием воду, в сени незаметно проскочила юная градонаместница Настенька. Девочка держала во рту леденец и искала кого-то взглядом. Найдя меня, нахмарулась.

− Дяденька, вы же Ваня, да? − спросила она таким тоном, будто до этого я всячески отрицал сей факт. − Вы должны узнать кое-что. Только наклонитесь.

Я послушался, думая, что бедный ребенок хочет поделиться очередным своим детским страхом. Но она дыхнула мне в ухо запахом пирогов и тихо прошептала: