***

Обратная дорога давалась с трудом. В редкие моменты передышки Ойла доставал свежесозданный марргаст и пристально его разглядывал в свете костра. Он делал это аккуратно, тщательно оберегая кожу от контакта с проклятым камнем. Но его одержимость меня беспокоила.

А ведь в ту поры мы и не подозревали, как быстро и болезненно Истина расколет наши ряды. Хотя могли бы догадаться.

С приближением к южной части Арасанского княжества снега становилось все меньше, пока он не исчез совсем. Хотя пройдет пара месяцев, и здесь с неба начнут сыпаться осколки холода. Природа накинет на себя пелену покоя, чтобы переродиться заново.

Близость столицы нервировала меня, хоть я старался не показать виду. Товарищи списывали мою нервозность на страх перед наказанием. Но это было не так. Я предпочел бы стоять на коленях неделями, не есть и не пить, лишь бы не возвращаться обратно в Фензино.

Место, собравшее в себе все самое дурное и страшное, место потерь, лишившее меня лучшего друга и веры…

Конечно, там не будет ловушек – в этом я уверен. Кому-то вроде Нигола не стоит никакого труда убить или похитить нужного человека. Его слуга, трехрогий, легко справиться с подобной целью. Нет, здесь нечто иное…

Раз я жив, значит, лжепророку (или уже настоящему?) это на руку. Нигол хочет открыть мне глаза. И я должен увидеть его послание прежде, чем братья запрут меня в четырех стенах на долгие годы. Надо улизнуть, воспользовавшись любым удобным случаем.

Опять.

Хотя нам не привыкать, правда, Селио?

Последняя ночевка все решила. До проклятой деревни было всего два дня пути. А Зга весьма проворная кобыла, она сможет пройти через буераки и срежет путь по реке. Я дождался своей очереди дежурить, отсчитал час, тихо встал с разложенного плаща и начал собираться. Очень надеюсь, что дальняя дорога утомила смагов настолько, что они утратили бдительность. Не хочу участвовать в очередном спектакле одного актера.

− Куда спешишь?

Мысленно я очень громко чертыхнулся. Естественно это был он – Ойла полусидел напротив, держа наготове нож. У него, как для смага, была слишком сильная тяга к настоящему оружию. Я бы даже сказал − нездоровая.

− Хочу пойти облегчиться, а что? − скривился я, понимая, что такой ложью даже ребенка не обманешь. Старик глядел единственным глазом почти с сочувствием, как на последнего земного дурака.

− И как ты только деревенских облапошивал? Совсем врать не умеешь.

Я молча встал, закидывая на плечо мешок с остатками провизии. Плевать. Пусть будит всех. Моя Зга гораздо выносливее и быстрее их скакунов, давно сбивших копыта. Успею оторваться от погони.