Выйдя из столбняка, я одним прыжком вскочила на ноги, как черт на пружинках, что выпрыгивает из механического ящика. Бежать! – набатом трезвонил инстинкт. Но выхода не было: мой камень, где я могла сделать едва ли пять шагов, окружала черная вода. Пошатываясь, я приблизилась к краю, с мокрого платья на босые ноги стекала вода.

– На твоем месте я бы не нырял, – произнес голос за моей спиной с противоположной стороны от высокого мыса, на котором расположился Зашари.

Я растерянно развернулась, чтобы обнаружить третьего уцелевшего, спрятавшегося за далеким рифом в тени. Сердце мое подпрыгнуло от радости, узнав фигуру Стерлинга, и тут же застыло от страха: ведь он, возможно, все слышал.

– Совсем недавно в темнице ты говорила, что не та, за кого тебя принимают в Версале.

Нет необходимости повышать голос, чтобы быть услышанным: здешнюю тишину нарушал лишь тихий плеск воды. Несмотря на расстояние, разделявшее нас, я отчетливо различала каждое слово лорда, будто он их шептал мне на ухо.

– Я ожидал все, что угодно: думал, ты расскажешь о своих тайных амбициях. О стремлении получить титул выше герцогского или, напротив, о желании сбежать от почестей и обязанностей, чтобы вести богемный образ жизни вдали от дворца. Но Народная Фронда? Об этом я даже помыслить не мог.

Стерлинг протяжно вздохнул. Гневно? Презрительно? В полутьме я не видела ничего, кроме светлого пятна его мокрой рубашки, и не могла определить выражение бледного лица. Луну, должно быть, заслонили облака, а свет далеких звезд был слишком тусклым.

– Свергнуть Короля Тьмы, не меньше… – эхом повторил он мое страшное, нечаянно сорвавшееся признание. – К слову, королева Анна была бы не против. Но проблема в том, что вы, фрондеры, хотите уничтожить всех вампиров, верно? Французских, английских, без разницы. Скажи, а когда ты планировала засадить мне кол в сердце? До или после свержения Нетленного?

– Я бы никогда с тобой так не поступила!

– Да ладно, не надо клятв. Ты нас всех уже достаточно одурачила, не стоит добавлять «никогда» и «всегда» в свой внушительный список лжи.

Его плечи затряслись от хохота, от гребня разлетелось облако мелких брызг, искрящихся в ночи, в ухе блеснула булавка.

– «Королева сценических эффектов»! Не думал, что попаду в яблочко, наделяя тебя этим титулом!

Хохот оборвался так же внезапно, как и начался.

– Мой долг – казнить тебя прямо сейчас, таков же долг шевалье де Гран-Домена. Несмотря на наши с ним разногласия, тебе удалось объединить нас против общего врага: против тебя, дорогая Жанна.

По телу пробежала дрожь от звуков моего настоящего имени, слетевших с его уст. Хотелось бы услышать их во вздохе любви, а не в угрозе смерти. Колени подкосились. О, если бы у меня было хоть немного настойки, я бы могла мыслить яснее. В отчаянии я подняла скованные руки и яростно потрясла цепями. Развернулась, посмотрев сначала на Зашари, потом на Стерлинга: у одного длинная шпага, вложенная в ножны, у другого, несмотря на связанные запястья, два острых клыка-кинжала. Мне не выстоять.