Возможно, юноша искал сестер во всех уголках Сонанде. Возможно, он нашел их где-то на залитом солнцем морском побережье или в глубине джунглей, где дышит земля, а деревья зовут тебя по имени. Возможно, путь к примирению был долгим и трудным, но в конце его было прощение.

Возможно, юноша и девушка каждую ночь видели во сне того, кого, просыпаясь, не видели рядом.

Да, возможно, все это случилось. Или ничего из этого. Кто знает?

Я – точно нет.

Ну, и еще кое-что, раз уж ты так проникся этим сказом.

Возможно, одним теплым днем, – например, сегодня, почему нет – царица выглядывает из окна и видит пролетающую мимо птицу – и не просто птицу, а пустельгу. Это происшествие будит в ней давнее, давно позабытое желание. Подчиняясь ему, она, к большому неудовольствию друзей и советников, на один день оставляет свои царские обязанности, чтобы ускользнуть из дворца в город, как она делала давным-давно.

И возможно, юноша – на самом деле уже мужчина – поддастся уговорам семьи и оторвется от забот по управлению школой, чтобы еще раз взглянуть на мир за горным хребтом. Возможно, долгий путь опять приведет его и его сестер в Зиран – так им станет любопытно посмотреть на эшранскую общину, о которой ходят слухи и которая процветает в городе, раньше унижавшем представителей их народа. Он с сестрами пройдет по улицам, дивясь тому, как сильно он изменился за эти годы и в то же время нет. Юноша увидит сверкающий вдалеке алебастровый дворец и вспомнит, что когда-то он мог входить и выходить из него, когда захочет, – конечно, теперь это уже не так, конечно, прошло слишком много времени, чтобы девушка его еще помнила.

Юноша отделится от сестер – он любит гулять один – и, погрузившись в мечты, потеряется в лабиринте улиц. Девушка не потеряется, потому что извивы этих улиц запечатлены в ее крови. Но, не имея определенной цели, она будет кружить по городу, полупьяная от энергии ее народа.

Возможно, она увидит его издалека, или он заметит неожиданную вспышку ее янтарных глаз. Они рванутся друг к другу, но остановятся на полушаге, коря себя за глупость. Не может быть, чтобы это была она. Не может быть, чтобы это был он. В конце концов, прошли годы, и хотя они не забыли о тех днях, что провели вместе, со временем они перестали писать друг другу – а поначалу писали часто, – у каждого была своя жизнь и любовь, не имеющая отношения к их истории. Вдруг она изменилась? Вдруг он изменился? Вдруг она забыла его и предпочла ему другого, представляющего собой более удачную партию с точки зрения власти? Вдруг он забыл те слова, что прошептал ей на прощание?