Несколько секунд я ничего не слышу. На миг во мне поселяется страх, что Кево снова потерял сознание или что мы утратили связь. Когда его слова эхом отдаются в моей голове, вздыхаю с облегчением.

Кэт, Матео и я проснулись и уже не связаны. Кеннета нет, Анатолий и Зара не двигаются. Может быть, они тоже очнулись, но наверняка сказать не могу.

В худшем случае нас четверо. Все еще слишком мало, но я ничего не могу с этим поделать. Непонятно и то, в какие игры играет Кеннет и какова его роль в той игре. Но сейчас это неважно. Он ушел, и это единственное, что имеет значение. Мысли скачут друг за другом. Я не особо сильна в тактической войне – планированием всегда занимались другие. Однако ни один из этих планов ни разу не сработал как надо, а вот те разы, когда я планировала собственный побег, мне удавались. Так что, может, и неплохо, что сейчас думаю я.

Вновь бросаю взгляд на Джозефа. Тот привалился к одному из невысоких картотечных шкафчиков. Кожа мужчины бледная и какая-то полупрозрачная, и не удивлюсь, если сквозь нее просвечиваются его вены. Глаза Джозефа закрыты, а грудь поднимается и опускается. Медленно, тяжеловато, словно с усилием, но по крайней мере он дышит. Мне кажется неправильным просто оставить его лежать здесь. Это единственная ошибка, которую постоянно совершают герои книг и фильмов – не прикончить плохого парня, когда у них есть шанс. Однако убийство в бою – не то же самое, что хладнокровная казнь беззащитного человека. Я не могу этого сделать. Нет.

Я выхожу, – мысленно предупреждаю Кево, делая несколько вдохов, чтобы успокоиться. Опускаю руки. Энергия Джозефа все еще течет через мое тело, что несколько парадоксально. Потому что в конечном итоге его энергия поможет мне уничтожить его же людей. И с этим нужно поспешить. Я уже достаточно хорошо знаю свои силы, чтобы понимать, что усталость скоро возьмет надо мной верх. Может быть, не так быстро, как вначале, но в любом случае времени терять нельзя. – Приготовьтесь!

Бросив последний взгляд на Джозефа, который по-прежнему пребывает в бессознательном состоянии, поворачиваюсь и хватаю ломик. Он чуть длиннее моего предплечья и довольно ржавый. Им можно нанести неплохую рану, так что не помешает иметь его при себе. Дрожащими пальцами хватаюсь за холодный материал, задерживаю дыхание, затем медленно поворачиваю ручку. Понимаю, что выходить из контейнера крадучись довольно бессмысленно. Повстанцы, вероятно, ждут нашего возвращения и следят за входом. Тем не менее я не осмеливаюсь издать ни звука, когда открываю дверь, и передо мной появляется голая стена ангара. Дверь в него находится сбоку от небольшого контейнера, поэтому я пока не вижу повстанцев. Молю богов, чтобы Анатолий и Зара тоже очнулись. Никто из нас не знает, что делали с ними повстанцы, когда держали в плену. Но я не думаю, чтобы Джозеф причинил им серьезный вред. В конце концов, так он потерял бы рычаги влияния.