Внезапно Кэт рывком поднимает голову:

– Что это было?

Я подхожу к ним ближе, когда Милан ахает и смеется:

– Вы были правы.

Его слова медленно проникают в мое сознание.

Осторожная надежда, которую я так боялась впускать в свою душу, прямо-таки разрывает меня изнутри.

– Ты уверен?

Вместо ответа раздается несколько прерывистых вдохов, затем булькающий кашель. Мои колени вот-вот подогнутся, но я стараюсь держаться. Мой взгляд прикован к лицу Кево, когда он, моргая, поднимает веки.

На какую-то долю секунды кажется, что мир замирает. Как будто и он затаил дыхание, наблюдая за чудом.

– Черт возьми, – бормочет Кеннет где-то рядом со мной.

Милан убирает руки и откидывается назад. На его лице ясно видно напряжение, но тем не менее он удовлетворенно усмехается.

В оцепенении смотрю на лицо Кево, на каждую его черточку. Он ненадолго закрывает глаза, снова открывает их и облизывает губы, которые уже снова обрели цвет. Он выглядит растерянным, он еще слишком бледен, но… но он жив.

– О боже, – стонет Кэт, обхватывая брата руками, чтобы притянуть его ближе. Немного неловко Кево возвращает ей объятия и принимает сидячее положение.

У меня перехватывает дыхание. Мое бедное сердце переполнено множеством эмоций, которые непрерывно бурлят в нем.

– Ему пока нужен покой, – говорит Милан, ни к кому конкретно не обращаясь, и тяжело поднимается на ноги. – И, наверное, стоило бы обратиться в больницу, и как можно скорее.

Я рассеянно киваю.

– Что случилось? – Голос у Кево невнятный, потому что Кэт все еще крепко обнимает его.

Она всхлипывает:

– Ты был мертв, идиот. – Не обращая внимания на его протесты, она шлепает его по здоровому плечу. – Никогда больше так со мной не поступай.

Он остается в ее объятиях несколько секунд, затем осторожно отстраняется. Я не могу отвести от него взгляд. Мои руки хватаются за плечи, и снова и снова меня бьет дрожь. Я хочу пойти к нему, но мое тело отказывается. Как будто Кево – это мираж, который исчезнет, если я подойду слишком близко.