Она взяла другую Сирокко за руку. Та слегка зашевелилась, что-то бормоча. Затем открыла глаза и резко села.

Настал момент какого-то головокружения — и там осталась просто Сирокко. Она быстро огляделась и никого не заметила.

— Только ты да я, да мы с тобой, — сказала она себе и пошла к Менестрелю.

ЭПИЗОД XXV

ЭПИЗОД XXV

Историки, когда в Беллинзоне таковые появились, так и не смогли прийти к общему мнению по поводу того, когда именно произошла перемена. Город рождался в хаосе, рос в беспорядке, был покорен в смятении. Какое-то краткое время в исправительно-трудовых лагерях находилось столько же заключенных, сколько свободных людей ходило по улицам.

Даже после воздушного налета Конел, проводя свои неформальные опросы горожан, не зафиксировал ни резкого скачка морали, ни стремительного роста одобрительного рейтинга Сирокко Джонс. Он предположил, что вышло просто-напросто случайное стечение обстоятельств.

Однако невесть по какой причине где-то между шестым и девятым килооборотом после вторжения Сирокко Беллинзона перестала быть драчливым скопищем отдельных индивидов и превратилась в сообщество — в пределах человеческого понимания данного слова. Нет, люди не стали ни с того ни с сего обниматься и провозглашать себя братьями и сестрами. По-прежнему существовали глубинные и устойчивые разногласия, причем самые резкие — в Совете. Но тем не менее к концу девятого килооборота Беллинзона обрела и свое лицо, и свою цель.

Поразительную роль здесь сыграл футбол.

Благодаря истовой страсти Змея, а также организаторским способностям Робин и самоотверженной работе уполномоченного по паркам, вскоре были сформированы две лиги по десять команд в каждой — и это только для взрослых. А были еще юношеские и юниорские команды. Вскоре потребовалось построить второй стадион, где при скоплении немалого числа зрителей велось нешуточное соперничество. Появлялись местные герои, рождалась внутригородская конкуренция. Было о чем переговорить в барах после тяжелой рабочей смены. Порой случалось и подраться. Титанидская полиция получила инструкции не вмешиваться до тех пор, пока в ход шли только кулаки. Когда же распространились слухи насчет той беспрецедентной поправки к закону, где давалось послабление, последовало несколько диких драк, несколько человек было ранено... а мэр ничего не сделала. Но даже это, казалось, укрепило дух общности. Более холодные головы начали вмешиваться и останавливать завязывающиеся драки, пока новоиспеченные граждане учились переносить друг друга.

Носов, однако, еще поломали немало.