Герцог двигался быстро. Липовый профессор с трудом за ним успевал, то и дело переходя на бег трусцой. Свернули раз, свернули два, затем по кругу обошли клумбу с кустами. У гостя сложилось такое впечатление, что патрон либо заметает следы, сбивая невидимого преследователя с толку, либо тупо издевается над ним, выматывая морально и физически.

Кроме того, попаданец постоянно был вынужден крутить головой, впитывая незнакомую, а оттого враждебную обстановку. Встречный великосветский народ попадался практически везде. Молодой человек заколебался раскланиваться.

Наконец, монсеньёр, обойдя очередной куст по большой дуге, вышел к двум скучающим мушкетёрам, стоявшим на посту у небольшой невзрачной дверки, подпирая плечами её косяки.

Увидев неожиданно вынырнувшего из зарослей Святого Отца, в сопровождении мелко семенящего с выпученными глазами иностранца, судя по одеянию, парочка охранников встрепенулась, синхронно отлепляясь от стены, похлопала глазами, произведя процесс узнавания, и так же одновременно кинулись подметать шляпами пыль под ногами.

— Доброе утро, судари, — снисходительно процедил Ришелье и больше не обращая внимания на вразнобой приветствующих его постовых, не останавливаясь и не сбрасывая скорость, толкнул дверь и буквально влетел в темноту прохода.

Дима поспешил за ним, небезосновательно полагая, что стоит ему только задержаться, как эти озверевшие от безделья охранники тут же отправят бедного абитуриента на очередное перерождение. Вот так, в высшей степени прозаично, человек будущего удостоился посещения великого дворца средневековья, сердца воспетого на все лады Парижа — Лувра.

Правда, экскурсии по нему, на что так надеялся молодой человек, не получилось. Ришелье проскочил его насквозь и, также, не сбавляя скорости, вышел из исторического здания во внутренний двор. Дима, всю дорогу изображающий бестелесную тень великого политического деятеля прошлого, стараясь как можно меньше попадаться на глаза окружающим, прячась за его фигурой, выскочив следом, на пару секунд оторопел, отхватив от увиденного культурный шок.

Во внутреннем дворе королевской резиденции располагался самый обыкновенный базар! Вернее, рынок в его понимании, состоящий из разномастных бутиков, не имеющих единой концепции в застройке. Кто как хотел, тот так и выпендривался в обустройстве своей торговой точки. Лавки, прилавки, витрины, магазины, толпа народа и Димино состояние шока.

Придя в себя и шустро нагнав не собирающегося снижать скорость и тем более оглядываться на сопровождающего гостя патрона, Дима, тем не менее, быстро успел оценить и сам рынок, и его обитателей.