Пока мы, хрустя галькой, приближались, я разглядел человека получше. Он чем-то смахивал на священника. Но не на английских вежливых викариев или кротких дьяконов (если только они не находятся в состоянии экзальтации, граничащем с помешательством).
Одетый во все черное, с суровым аскетическим обликом, он походил скорее на бродячих проповедников, виденных мною в детстве. На пророков с безумным горящим взором, которые в прошлом веке странствовали по великим равнинам Юты в поисках подаяния или паствы.
– Доктор! – крикнула Руби.
Мужчина живо замахал руками, подзывая нас. Наконец мы подошли к нему. Буйное пламя рвалось к небу, гудело, трещало, плевалось искрами. В костре я увидел сучья и бревна, пожираемые огнем, а также еще какие-то предметы смутно узнаваемых очертаний.
Незнакомец протянул мне руку. Теперь я увидел, что лицо у него изуродовано: одна щека снесена начисто, словно страшным ударом когтистой лапы.
– Приветствую! Я – Джек Сьюворд. А вы, надо полагать, Джордж Дикерсон.
– Собственной персоной, – подтвердил я. – Вы знали, что я появлюсь здесь?
Он кивнул:
– Мы видели ваше прибытие во снах.
– И я молилась, – сказала молодая женщина. – Просила Господа прислать нам подмогу.
– Сьюворд… – начал я. – Вы ведь пропали из Лондона, да? Ваши друзья хотели организовать поиски.
Мужчина кивнул:
– Сюда меня привел долгий и странный путь.
– Хотелось бы услышать, что с вами приключилось.
Словно в ответ, громадный костер с треском выбросил сноп искр.
– Может быть, расскажу, – сказал Джек Сьюворд. – Но не сегодня. Сейчас у нас есть другое дело.
– Значит, уже почти время? – вмешалась Руби. – Он уже близко?
– Кто уже близко? – спросил я. – Кого вы ждете, а?
Сьюворд улыбнулся – с жутковатым спокойствием.
– Мы ждем