— Я не понимаю ничего, кроме того, что теперь у меня нет себя. Но это и есть жизнь.

— Гангнет рассуждает о своем знаменитом синем солнце? — произнес насмешливый голос сверху.

Подняв глаза, они увидели, что Крэг встал.

Маскалл и Гангнет тоже встали. В то же мгновение густеющий туман начал затягивать диск Элппейна, превращая его из синего в насыщенный джейловый.

— Чего ты от нас хочешь? — спокойно спросил Маскалл.

Несколько секунд Крэг загадочно смотрел на него. Вокруг плескалась вода.

— Ты не понимаешь, Маскалл, что пришла твоя смерть?

Маскалл не ответил. Крэг легко положил руку ему на плечо, и внезапно он почувствовал дурноту и головокружение. Маскалл опустился на край островка. Его сердце билось тяжело и странно; оно напомнило ему барабанную дробь. Он равнодушно посмотрел на волнующуюся воду, и ему показалось, что он может заглянуть сквозь нее… далеко вниз… к загадочному огню…

Вода исчезла. Оба солнца погасли. Остров превратился в облако, и Маскалл — в одиночестве — парил на нем в воздухе. Все внизу было охвачено огнем — огнем Маспела. Свет поднимался, пока не заполнил собой целый мир…

Он плыл к огромной отвесной скале из черного камня, без подножия и вершины. На полпути вверх висевший в воздухе Крэг наносил жуткие удары гигантским молотом по кроваво-красному пятну. Ритмичный грохот был ужасен.

Тут Маскалл понял, что это знакомые звуки барабана.

— Что ты делаешь, Крэг? — спросил он.

Крэг прервал свое занятие и оглянулся.

— Бью по твоему сердцу, Маскалл, — с ухмылкой ответил он.

Скала и Крэг исчезли. Маскалл увидел метавшегося в воздухе Гангнета — но это был не Гангнет, а Кристалмен. Казалось, он пытался убежать от огня Маспела, а тот окружал и лизал его, куда бы он ни повернулся. Кристалмен кричал… Огонь настиг его. Раздался ужасный вопль. Маскалл успел заметить вульгарное, слюнявое лицо — и оно тоже исчезло.

Он открыл глаза. Элппейн по-прежнему слабо озарял плавучий остров. Крэг стоял рядом, но Гангнет пропал.

— Как называется этот Океан? — спросил Маскалл, с трудом выговаривая слова.

— Океан Суртура.

Маскалл кивнул и на время умолк, положив лицо на руку. Потом внезапно спросил:

— Где Найтспор?