На всякий случай, я посмотрел на карту. Сейчас несколько моих пальцев находятся в самом центре острова. Но если одни лежит прямо у Миры, то чем занимается второй, снабжающий Беню прикормкой, я предпочту не знать.

И как только эльф убрал от лица руки, мне изо всех сил захотелось переместиться отсюда подальше. Его взгляд сквозил отчаянием, словно случилось нечто сопоставимое с концом света. Словно в этот миг им была утрачена вера разом во все человечество...

И винил он в этом, разумеется, меня...

— Бедные, маленькие росянки — одни из самых безобидных хищных растений, питающиеся в основном падалью или больными животными, заманивая их в гиблые места приятными запахами. Эльфийских детей с раннего возраста учат относиться к ним с осторожностью и почтением, как к естественным хранителям лесного равновесия, — в руке эльфа появилась большая сигара. Прикурив от легендарного артефакта, он расправился с ней в одну затяжку. — Так какого хрена ты вместо хранителя леса, или, в крайнем случае, плотоядного монстра, взрастил из своей росянки гребаное животное, что изо всех сил не только пожирает мою духовную силу, но и пытается поиметь моего духа леса?!

...

Позже, у меня определенно будет к Бене пару вопросов, а сейчас...

... сейчас я даже не могу открыть рта. Разъяренный эльф полностью сковал мое тело льдом, не позволяя двигаться или пользоваться способностями. Единственный выход из подобного положения — выращивания нового тела из брошенных конечностей. Но отчего-то я сомневаюсь, что смогу успешно провернуть нечто подобное.

Ибо бесполезно бежать, если весь остров под контролем врага. Следовательно, спастись с острова получится только одним путем — депортацией. Вопрос в том, как вынудить эльфа снова выкинуть отсюда, и при этом не спровоцировать его на вечное заточение во льдах...

Однако не похоже, чтобы эльф действительно собирался делать нечто подобное. Все также не находя себе места, он даже начал отбивать ногой дробь, словно мелкий пушной зверек, но все не желал прекращать монолог. У меня даже начало складываться впечатление, что кара будет не физическая, а моральная, с полным выносом мозга и занесением в личное дело...

— Элиас был со мной от самого попадания в этот мир. Первый и единственный из питомцев, кто смог дожить до этого дня. Я видел каждую его эволюцию, прошел с ним сквозь передряги, в которые даже самому сложно поверить. Чего только стоил переход в статус духа! — явно приятное воспоминание заставило ненадолго расплыться лицо эльфа в улыбке, но лишь на мгновение, чтобы потом смениться гримасой горечи. — Он даже успел повозиться с моей покойной дочкой... и стал едва ли не частью меня самого, а что же сейчас? — голос его упал практически до неразличимого шепота. — Его довольные охи раздаются в моей голове, пока неизвестный сорняк пытается разорвать остров на части и лишает беднягу духовного статуса. Ладно я, но Элиас тебе какое плохое зло сделал?