Немедля распустив жидкий строй, он сдернул с пальцев три драгоценных перстня, упрятал их в карман, залихватски сдвинул набекрень шляпу и стрелой бросился вниз, дабы встретить путников у ворот, где их придирчиво допрашивали часовые.

– Старик, – сказал начальник караула, – ты должен ответить, кто вы такие и по какой надобности идете в столицу.

– Как видишь, сын мой, я всего-навсего бедный анахорет, – объяснил ему Время. – Для себя мне в вашей величавой столице ничего не нужно, и в итоге я ровным счетом ничего от нее не получу – ну, разве что пару треснувших кирпичей да красивых осколков малахита. Однако вот это дитя хочет узнать побольше о мире и о войне, оставившей ее без отца, и мне пришлось пойти с нею, так как без меня она не добралась бы сюда.

Именно в этот миг к ним и подошел принц Патизиф.

– Друг мой, – заговорил он, улыбнувшись начальнику караула (до глубины души пораженному этаким обращением со стороны горделивого юного паладина), – по-моему, даже тебе должно быть очевидно: эти путники не замышляют ничего дурного. Старик слишком немощен, чтоб хоть кого-нибудь одолеть, а эти глаза, конечно, способны в один миг сразить целую армию, но подобные завоевания миру отнюдь не в ущерб!

Начальник караула вытянулся в струнку и отсалютовал.

– Долг службы велит мне, господин, допросить всякого, желающего войти во вверенные мне ворота.

– И это ты уже исполнил, – заметил принц Патизиф. – Я просто напоминаю, что долг службы также велит тебе, убедившись в доброте намерений путника, более ему не препятствовать. Я этих путников знаю и ручаюсь за них. Ты удовлетворен?

Начальник караула отсалютовал вновь.

– Так точно, господин! Вполне, господин!

– Тогда идемте, друзья мои, – с улыбкой сказал принц Патизиф, указывая в сторону небольшого парка с игривым душистым фонтанчиком посередине. – Этот тихий уголок существует единственно ради того, чтобы приветить вас. Не хотите ли омыть ноги в прохладной воде фонтана? Присаживайтесь на край чаши, а я пока принесу немного еды и бутылку вина вон из той харчевни.

Время с наслаждением растянулся во весь свой немалый рост на мягкой зеленой траве, а очарованная гостеприимством девочка позволила принцу Патизифу поддержать ее под руку, переступила через край чаши и села, окунув в певучие воды фонтана натруженные за день ноги.

– Как же в столице узнали о нашем приходе, чтобы парк вовремя приготовить? – спросила она.

Принц Патизиф поджал губы, притворяясь глубоко задумавшимся.

– Мы были уверены, что кто-нибудь, достойный этого парка, к нам когда-нибудь да придет, – ласково прошептал он, – и теперь видим, что не ошиблись. Что скажешь насчет утятины? Наш город славится чирками не меньше, чем гостеприимством.