– Какая чудесная фигурка! – ахнула портниха, нежно приподняв подбородок девочки. – С такой-то осиной талией, да с таким личиком я тебе, милочка, можно сказать, ни к чему! Любая швея обернет тебя шелком, наляпает там да сям жемчугов, и дело готово: при дворе будешь выглядеть не хуже принцессы!

– К несчастью, принцессой ей все-таки не бывать, – заметил принц. – А потому умоляю: обойдемся без изысков наподобие жемчугов.

– Разумеется, царственнородный, ты совершенно прав, – подхватила портниха. – Элегантность и простота! И шелк цвета весенней травы. Сию минуту.

– Отчего она назвала тебя «царственнородным», добрый господин? – шепнула девочка принцу, стоило портнихе скрыться в кладовой.

– Обычная учтивость, не более, – не моргнув глазом успокоил ее принц Патизиф. – Безобидная лесть. Столичные торговцы с ремесленниками щедро одаряют ею всякого, чье положение в обществе хоть немного выше их собственного.

– Понятно, – вздохнул Время.

Выйдя из кладовой с отрезом яркого шелка, портниха развернула ткань на столе и отгородила угол мастерской расписной ширмой.

– Будь добра, дорогая, пройди сюда, – прощебетала она, – сбрось эту… эту вещицу, что на тебе, и я сниму с тебя мерку.

Красавица девочка, не прекословя, кивнула, скользнула за ширму, а вскоре за нею последовала и портниха.

Принц помрачнел.

– Боюсь, это затянется на добрых полдня. Жаль, мы вино сберечь не додумались.

– Вино я сберег, – успокоил его Время, вынимая бутылку из-под вылинявшего старого плаща. – А вот бокалов, боюсь, не прихватил. Вечно мне не везет с ними – так легко бьются…

Приняв от него черную бутылку, принц Патизиф с удивлением обнаружил, что превосходное вино скисло.

– Вот и все! – выступив из-за ширмы, объявила портниха. – Платье будет готово…

Время взглянул ей в глаза. Под его холодным взглядом портниха слегка запнулась.

– … завтра же. Завтра. К началу нон, полагаю, управлюсь.

– Прекрасно, – откликнулся Время.

– А до тех пор одолжу ей поносить свое платье, из старых, – едва дыша, пролепетала портниха. – Возвращать его ни к чему, не трудитесь…

– Благодарим тебя, – пришел ей на помощь Время.

В этот миг девочка тоже безмолвно выступила из-за расписной ширмы, прекрасная, словно летний рассвет.