Водитель послушался без отдельного указания от хозяина. Хватило наших перекошенных рож, чтобы он газанул с места. Нас вдавило в кожаные сидения. Я опустил стекло, вдыхая чуть похолодевший к вечеру воздух. Воевода застыл каменным изваянием, в нем тоже бурлило и стремилось наружу столько чувств, что я ощущал их физически.

— Макс, — заговорил он спустя несколько минут. — Если он в храме, то тебе придется пойти туда одному. Выманить наружу.

— Почему? — я не возражал против такого плана, но был удивлен.

— Я... Витязи не могут войти туда. Нам... Да чтоб тебя. Я тебе выдаю одну тайну за другой, а даже клятвы не взял о неразглашении.

— Я могила! В смысле ничего... А, воевода, давайте уже без прелюдий. Вы знаете мои тайны, я ваши. Причем, заметьте, я гораздо меньше. Так что не будем время терять на реверансы.

— Вот умеешь же ты выражаться прилично. Сумбурно, но прилично, — взял короткую философскую паузу Бутурлин. — Если кратко, то витязей, скажем так, магически модифицируют. Алхимия, артефакты и зелья. Это дает силу, даже неодаренному, такую, что с ней мало кому справиться можно. Пусть это предназначено для нечисти, но люди...

— Люди всегда боятся силы, — закончил я, когда воевода замолчал, подбирая слова. — Вам запрещено входить в храмы?

— Не запрещено, невозможно. Защита не пропускает. Чисто теоретически, я могу. Будет громко, больно и с поднятием тревоги. Но я никогда не пробовал, так что точно не знаю. Да и, честно говоря, не хотел бы даже в данной ситуации вступать в прямой конфликт с церковью.

Он говорил отрывисто, пытаясь фильтровать сказанное, но торопился и выдавал всё, как есть. Мне это понравилось. Хорошо, когда говорят прямо. Ещё бы до конца...

— То есть мне можно вступать в этот конфликт? — уточнил я серьезно.

— Какой? — кажется, испугался он, но тут же опомнился: — А, нет. То есть у тебя конфликта не должно возникнуть. По идее...

— Хмм, поясните, воевода.

Нет, конечно патриарх сам приглашал зайти и поговорить. Но вроде не в таком контексте... Ладно, в божественной магии, которой был пропитан весь город, я не чувствовал ничего враждебного. Но вломиться в церковь и обвинить её в укрывательстве темного? Мне показалось, что это идея не очень. Проще говоря, херовая это идея.

— Патриарх уже проверил тебя. И, если бы было хоть малейшее сомнение, поверь... Конфликт уже завершился бы.

Нда, а если во время проверки во мне было ноль магии? Чёрт, это нехорошо. Глава церкви сильный менталист, судя по тому, что он со мной проделал. Эмпат ещё мощный, наверняка. И это помимо божественной силы. Стоит ли того затея?