Фау не мог с ней так поступить!.. Или мог?
Сомнение пронырливым ползучим гадом закралось в душу, свернулось кольцами на самом дне — и застыло, подняв голову в предвкушении вкусной и здоровой пищи.
А так ли она ему дорога, как он утверждал?
Да и что она в действительности знает о флойдах? Положа руку на сердце, не так уж и много.
Он назвал её своей лиэнти… И, похоже, в тот момент он сам искренне в это верил. Но после… Что, если он пожалел о своём решении? Что, если он хотел взять свои слова назад?
"Лорд Фау покинул Землю".
Ничего не сказав, не предупредив. И даже не удосужившись попрощаться.
В детстве все мы верим в красивые романтические истории. В любовь, единственную, незыблемую и вечную, в чувства, способные одолеть любые препоны, в счастье — одно на двоих. Но она уже не ребёнок, она давно вышла из детского возраста. А значить, пора перестать жить иллюзиями.
"Ты ему больше не нужна".
Выходит, всё что было между ними — лишь игра?..
Ради чего? Чтобы попытаться схватить тенрийского лазутчика?
Неужели это действительно так?
Она чувствовала себя растоптанной, уничтоженной физически и морально. Как свежее махровое полотенце, о которую вытерли грязные ботинки, спутав с половой тряпкой.
Сердце не хотело верить.
Она зажмурилась, чувствуя, как веки изнутри обжигают горячие слёзы, от которых щиплет глаза. Но разрыдаться не получилось, слезы высохли, обрушившись вниз тысячей незримых осколков — и не потому, что потрясение её было слишком велико, чтобы заливать его рыданиями, а потому, что настоящему горю не нужны никакие внешние атрибуты. Только в груди, прямо под сердцем, давило и жгло, словно туда положили раскалённый булыжник.
Несчастная, потерянная и одинокая как никогда, Клементина сама не заметила, как оказалась у катка. Выходит, весь путь сюда она проделала на автомате?
Даже забавно.
Она ведь не была здесь с того дня. Ограду и павильон уже отремонтировали, лёдовое поле сверкало девственной чистотой, и ничто не указывало на взрыв, прогремевший здесь месяц назад.
Вокруг неё бесплотными тенями скользили какие-то люди. Кажется один из конькобежцев окликнул её по имени — или ей показалось?
Здесь они с Фау впервые встретились…