— Теперь я здесь хозяин, — скромно произнесли мои уста.

— А Властелин всего Живого, Мировой Столп куда ушел? — спросил посеревший от переживаний Носач.

— Леший его знает, — беспечно отозвался я.

Через полчаса в кают-компании — так я назвал самое большое помещение с колонной в виде извивающихся змей — собрался весь наш дружный коллектив. Перебздевшие Носач с Золотой Звездой, малоразговорчивый и отупевший Коля Кукин, подозрительная, но привлекательная — по-крайней мере, на мой взгляд — Часка. И я.

И вот с таким-то человеческим материалом мне надо было разыграть комбинацию, устроить мятеж, да еще так, чтобы не прокакать все это дело вопреки предсказаниям Властелина всего Живого. А воевать мы не умели ни числом ни умением.

Однако думать тут нечего. Я перво-наперво занялся распределением должностей. Золотая Звезда стал начальником штаба, ему я поручил нарисовать хотя бы приблизительную карту местности и объяснил, как это делается. Носач, поскольку владел двумя системами письменности — на шнурках и на бобах — стал адъютантом. Мой адъютант недавно проучился в школе при храме громовика-Париакаки, поэтому разбирался в местном календаре и знал по звездам да разным приметам, какой месяц и какая погода должны наступить. А выключенный Кукин ввиду малой полезности был произведен в денщики и телохранители. На все вопросы он отвечал только: «Не знаю», «Забыл» и «Отвяжись». Девушку Часку я назначил приказом номер пять заведующей провизией и кухней, а также буфетчицей, уборщицей и официанткой. Даже медсестрой определил — поскольку у нее был запас коки, дурмана, табака и прочих трав да листьев для успешной борьбы с запором и поносом.

Возжелал я получить от нее и другие услуги, чем занялся после сытного обеда на постели из обезьяньих шкурок. Как выяснилось, Часке знакомы только «звериные позы», а остальные она отказывается понимать. Хотя в чрезмерной активности ей не откажешь. Ну, сообразил я пару «палочек», а потом такую слабость почувствовал, что за два часа едва отлежался. Что, впрочем, с Венеры взять? Однако, девушка Часка теперь мне казалась куда меньше похожей на чудесное сексуальное видение у Кориканчи. К тому же, когда я вздремнул, то в виде кошмарного сновидения явилась баба-ягуар и стала грызть меня, приятно мурлыкая.

Целую ночь мы всей командой напрягали шесты и весла, добираясь до нужной береговой точки. На следующее утро мы стояли, навьюченные как ламы, но по пояс в воде, среди прибрежных тростников, и прощались с плавучим дворцом Властелина. Я бросил факел на плот и от свежего ветерка пламя быстро занялось. Затем мы, напоминая южноамериканских верблюдов, двинулись по кратчайшей дорожке в горы.