Неужели это все?

Да нет, не все и даже не конец. С крыш ближайших домов ударили очереди. Я сразу узнал гавканье «АК-74» и «РПК». Толпа с поросячьими визгами бросилась врассыпную. Молодцы мои ребята, хорошо подобрались. Но надо их как-то поддержать. Я, подхватив жертвенный нож, бросился резать веревки на других связанных-увязанных.

— Давайте, братва, увеличим свои степени свободы, — кинул я зажигательный клич.

Однако, граждане, спасенные от заклания, не торопились увеличить свои степени свободы. Они таращились на меня, явно не врубаясь — почто нарушаю я установленный порядок вещей.

— Вы теперь вольные птицы, господа. Вас никто не растерзает, весь ваш организм до последнего элемента и винтика принадлежит вам лично и никому больше.

Однако, покамест пропаганда не давала желаемого результата. В то же время я наблюдал за нашими десантниками-диверсантниками, они приближались перебежками, от стены к стене. Но и среди инкских воинов вдруг появилось несколько человек, оснащенных пистолетами-пулеметами. Впрочем, со стороны нашей команды заработал миномет.

Я, пользуясь моментом, хотел выколупнуть колдовские рубиновые глаза истукана, чтобы компенсировать утрату ценных вещей, но он стал утопать в каменном полу, а потом и вовсе поплыл вниз, словно кабина лифта. Похоже, в пирамиду была встроена механика, пусть и и примитивная, но работающая.

Одновременно, я с неудовольствием видел как демонические крылышки подхватывают стрелы инкских воинов и, набирая ускорение, несут их в сторону моей родной команды. Я хотел было сигануть вниз по ступеням пирамидной лестницы, но тут сообразил, что не зря опустился истукан. Сейчас из открывшейся дыры полезут инкские элитные бойцы и тогда у них под обстрелом окажутся все окрестности. Я подбежал к краю шахты и сразу заметил подъемник, движущийся уже к вершине. На нем толпился вооруженный люд. Для начала я подхватил бесполезное тело жреца и отправил в шахту, снизу ответили пальбой. Что еще можно бросить, не считая самого себя? Вовремя попался на глаза светильник с раскаленными угольями. Горячая оказалась штука, едва донес, но, слетев в шахту, она вызвала там очень бурную реакцию. А потом я встал на краю площадки и стал семафорить своим, показывая, куда надо положить мину. Со второй попытки мои друзья-товарищи попали в дыру. Меня же швырнуло взрывной волной по ступеням вниз.

Внизу меня, изрядно ушибленного, встретили инкские воины с копьями. Они подступали ко мне вместе с десятником, который, шипя, указывал на меня гневным перстом.

— Святотатец, он нарушил волю богов, он нарушил мудрый порядок вещей.