– Обвини ее в блефе.

– С таким же успехом я могу перерезать себе горло, но этому не бывать. Узнать бы только, какая сволочь шепнула ей, что я богат. Кто бы это ни был, он пожалеет, что появился на свет.

Синдж снова не удержалась и хихикнула.

Морли откинулся на спинку стула и прикрыл глаза, переносясь в какое-то блаженное место. Вернулся он изменившимся.

– Гаррет, мне еще пахать и пахать. Хочешь, угадаю? Дел у тебя здесь нет. Покойник сейчас не спит. Он заинтересован в том, чем ты занимаешься. Из этого следует: ему нужно получить от тебя информацию, чтобы сделать какие-то выводы. Верно?

Пришлось утвердительно кивнуть.

– Тогда почему ты еще здесь? Не считая милой беседы?

Мы с Синдж отправились домой. Покойник залез ко мне в голову и не стал комментировать ничего. Однако я шкурой ощущал его недовольство. Мне даже начало казаться, что съехать отсюда – не самая плохая мысль. Если мы с Тинни, конечно, создадим свой дом.

Час по моим меркам был еще не поздний. Но я все равно пошел спать. Пропустив всего одну кружку отборного пива.

Может, во сне осенит.

52

– Я забыл вчера спросить. Торнада появлялась?

«Ты был рассеян. Она приходила. Она и ее биограф – оба у меня на службе. Оба получили поручения сообразно его и ее самомнению».

Что бы это значило?

– Так ты их разделил? Уверен, что это разумно?

«Обращение к гордости и самомнению, будучи исполнено с должной тонкостью, часто достигает успеха там, где бессилен даже подкуп».

– Ты их все-таки разделил.

Если верить слухам, такого не случалось уже несколько месяцев. Даже если бы этого и хотелось самой Торнаде. Именно поэтому те, кто хорошо знает Иона Сальватора, и прозвали его Прилипалой. Те же, кто видит в нем просто занудного недоростка, продолжают звать его настоящим именем – Пилсудс Вильчик.

«Оба пока увлечены поручениями, но надолго их порыва может не хватить».

– Что от них требуется?