– Я должна сделать это. – Я всмотрелась в лицо отца, надеясь на кивок, любой признак уверенности. Возможно, такую поддержку ищут все дети, независимо от возраста, ибо подобное драгоценное признание могут дать только родители.

Отец наморщил лоб, как это бывало, когда он глубоко задумывался. Я старалась запомнить его мимику и жесты, собирая эти нити и сплетая их в узор, который обретал форму, пока не стал больше, чем просто имя из книги, силуэт из моих снов. И как плохо, что у меня отняли этот шанс вскоре после того, когда мы наконец воссоединились.

– Дочь, – сказал отец, – я сделаю это. Свиток Божественного зеркала подействует и на меня.

Я покачала головой.

– Чтобы убедить Уганга, потребуется нечто большее, чем внешнее сходство. Ты знаешь маму как свою жену, смертную. Я знаю ее как богиню Луны. Уганга нелегко одурачить, но я могу его убедить. Разве не это важно в такие времена? Не ты ли сам отправлял солдат на задачи, для которых они лучше всего подготовлены?

– Уганг убьет тебя, – заплакала мать.

– Нет, если я первая убью его. – Я подняла голову. – Я не намерена умирать; собираюсь покончить с этим.

– Как ты скроешь от Уганга перо Священного пламени? – спросил Ливей.

Моя улыбка засияла, голос наполнился фальшивой уверенностью.

– Теми самыми чарами, которые позволяют мне его носить.

– Не получится, – категорически отрезал Ливей. – Я чувствую на тебе перо прямо сейчас.

Он был прав. Даже скованное чарами тепло волнами исходило от пера, бившегося о щит.

– Я буду держать его здесь. – Я легонько постучала себя по виску, как будто это пустяк.

– В своей жизненной силе? Точно так же, как царь Вэньмин хранил свои артефакты? – Тон Ливея был недоверчивым. – Один промах – и перо испепелит тебя.

– Промаха не будет. – Я стала прекрасной актрисой; мой взгляд не дрогнул, голос оставался спокоен. Ибо если бы я струсила или выказала малейшую тревогу, они удвоили бы свои усилия в попытках меня остановить. И я не знала, хватит ли у меня воли выдержать это.

Наконец он уступил.

– Я буду рядом. Если окажешься в опасности, я приду к тебе. – Его пальцы скользнули к Небесной кисточке на талии, коснулись прозрачного камня.

Мать дернула отца за рукав.

– Хоу И, идем. Пошли.

– Я хотел еще сказать…