Он не промахнулся – кинжал вошёл по самую рукоять в шею того, кого звали Хайнрих. Вспыхнул и замерцал бледный лунный огонь, жалко звякнула о пол отвалившаяся рукоять. Зверь потянулся и зевнул, сверкнув белоснежными клыками.

2

2

Нагеля пришлось бросить: конь не мог вскарабкаться по каменистой тропинке, да и говорить с волками легче пешему. Если, конечно, с волками можно разговаривать. Руди поднял голову – церковь нависала прямо над ним, стройный тёмный силуэт на фоне предутренних звёзд, над крестом дрожит голубая звезда… Летом всё бы уже закончилось, но ноябрь подыгрывает ночи.

Из-под сапога сорвался камень – ничего страшного. Он не сломал шею в Люстигеберге, не сломает и тут. Волки выли совсем рядом, в их голосах слышались ярость и неудовлетворение – значит, он успел. Родственнички заняты добычей, но сейчас его увидят, и всё решится.

Поймут ли они, кто пришёл? Мать говорит, за пределами Вольфзее в них не остаётся ничего человеческого. Если так, ему конец. Ему, Милике, Мики и Миттельрайху, по крайней мере Миттельрайху Ротбартов, но мать лжёт. Он знал её тридцать два года и многому научился. В том числе не верить шёпоту и крику.

Рудольф Ротбарт перебрался через острое каменное ребро, спрыгнул на тропинку и вынул кинжал. Дальше он пойдёт открыто, всё равно церковь окружена и в ней всего одна дверь.

Что-то шептали сухие листья, хрустели и осыпались мелкие камешки. Ветер дул в лицо, будь Руди зверем, он бы чуял запах сородичей, но Рыжий Дьявол всё ещё был человеком, хоть и пришёл к волкам, и понял, когда его заметили. Больше ждать было нечего.

– Волки Небельринга, – крикнул Рудольф, поднимаясь на вершину холма, – я хочу говорить с вами!

Поняли. Повернулись к новому гостю. Лунный свет делал рыжие шкуры седыми, в глазах плескался холод. «Хвала луне, я родила настоящего волка», – сказала мать. Настоящего ли?

– Я – Рудольф, сын Марии-Августы и императора Михаэля, последний сын. Я пришёл за своей невесткой и её сыном. Если они мертвы, я убью себя, а вместе с собой и вас. Если живы, я их заберу. У вас есть выбор: умереть сейчас или отдать мне тех, кто мне нужен. Решайте.

Он подбросил и поймал кинжал, поймав на клинок лунное пламя, нарочито громко засмеялся, тряхнул волосами и пошёл вперёд, на живую, глядящую сотнями глаз стену.

Завтра, через год, через десять, двадцать, пятьдесят лет он станет одним из них, но сейчас не Небельринг властен над ним, а он над Небельрингом. Он не волк, он – Рыжий Дьявол, и он добьётся своего или умрёт.

Рудольф Ротбарт шёл сквозь воющее море, и оно расступалось пред ним, как расступились иные волны перед вождями зигов.