– Но… – Хасиль растерянно посмотрела на дочерей, – как же мои девочки?

– Я пригляжу, – ответила ей Эчиль. – Я не знахарка и не воин, от меня не будет толка ни на каанском подворье, ни на стене. Зато я умею играть с детьми. Иди, не тревожься, а мы будем ждать здесь. Духи не оставят нас, скоро всё будет кончено, и ты вернешься.

– Решайся, Хасиль, – я взяла женщину за руку. – После того как ты сегодня покажешь свои знания и заботу, никто в Иртэгене не посмеет поглядеть на тебя с насмешкой. – А затем добавила: – Ты нужна мне, Хасиль. Нужна Танияру и всему тагану ты тоже нужна. Идем.

– Хорошо, – глядя мне в глаза, ответила вторая жена, – я пойду и сделаю всё, что смогу.

Она поспешила в свои комнаты, а когда вышла, на ней не было украшений. Волосы оказались заплетены в косу, а лоб перетянул простой ремешок. Изменилась и одежда. Теперь на Хасиль было надето просто серое платье с тонкой полоской орнамента, и на плече висела большая холщовая сумка. Женщина подошла к дочерям, поцеловала каждую из них и обернулась ко мне:

– Я готова.

– Идем, – улыбнулась я, но, прежде чем уйти, обвела взглядом притихших детей, двух прислужниц и остановила его на Эчиль. – Создатель смотрит на нас с улыбкой, – сказала я.

– Да не угаснет она, – серьезно ответила свояченица, и мы наконец покинули старое подворье.

На своем дворе я задержалась ненадолго, лишь посмотрела, как готовят места для раненых. Остановила треск очередной простыни, которую готовились превратить в бинты. Вместо этого велела взять наиболее крепкие, чтобы они смогли послужить носилками, а заодно приказала подвезти к крепостной стене несколько повозок, чтобы можно было быстрей доставлять раненых в госпиталь. Вручила робеющую Хасиль ее наставнице, а затем, убедившись, что тагайни по своей привычке действуют слаженно, не тратя время попусту, вновь покинула подворье.

– Куда? – удивился Юглус, и я указала в сторону стены:

– Туда.

– Ашити…

– Я не стану мешаться, – заверила я. – И рисковать своей жизнью тоже. Меньше всего я хочу, чтобы первым пациентом стала я сама.

– Тогда и идти не стоит, – ответил Кэмсул.

– Стоит, – твердо сказала я и направилась туда, откуда ждали появления вражеского войска.

Они должны были прийти к поляне, на которой проводились праздники и сборища, потому что только оттуда они могли напасть большой силой. С остальных сторон мешал лес, росший не под самыми стенами, но и простора для маневров не оставлял. Потому основные силы сосредоточились именно на этих воротах. Впрочем, другие тоже были защищены, и дорога, ведущая к ним, но все-таки упор в защите делался именно там, куда я направлялась.