– Да, – кивнула я. – Как только станет опасно, уйду.

– Килим, – обозвал меня байчи, я только усмехнулась.

А потом, подобно полноводному потоку, на поляну хлынуло чужое войско. Теперь они никуда не спешили, надвигались медленно и неотвратимо, будто само время, готовое поглотить мир и пространство… Их и вправду было много. Сколько бы кааны ни оставили людей, чтобы задержать Танияра с его войском, но сюда пришло их всё равно немало, и это я видела лишь часть вражеской армии. И все-таки…

Я мало что понимала в военном деле, но кое-что помнила из прочитанного о ведении войн в глубокой древности. И первое, о чем мне подумалось, – как будет происходить штурм? Ни стенобитных орудий, ни лестниц, ни катапульт. Ничего. Саулы – восхитительные животные, но по стенам они бегать не могут, и что же тогда?

– Как они собираются нападать? – спросила я вполголоса, ни к кому не обращаясь. – Они готовы для битвы на открытом пространстве, но не для штурма крепостных стен. Любопытно…

– У них есть всё, что нужно, – ответил Юглус, стоявший рядом со мной.

– Правда? – удивленно спросила я, полуобернувшись к нему. – Я ничего не вижу, только всадников. Не полезут же они на стену друг по другу?

– Этого не нужно, – усмехнулся мой телохранитель.

– Кто встал против нас?!

Я стремительно развернулась к поляне, потеряв интерес к разговору. Вперед выехали оба союзных каана, но заговорил Елган, его голос я уже знала, да и внешность тоже запомнила.

– Байчи-ягир Эгчен, сын Беренлы, – ответил каану Эгчен. – Верный друг каана Зеленых земель Танияра, сына Вазама из рода Даймара. Уходите, мы вас не звали. Ворота Иртэгена останутся закрыты.

– А где же ваша пришлая? – насмешливо спросил Елган. – Я слышал, она весь таган к рукам прибрала, Танияр ее языком говорит. И где же она? Спряталась у старой шаманки?

Я дернулась, но Юглус сжал мой локоть мертвой хваткой, не позволяя сдвинуться с места.

– Зачем тебе наша каанша? – спросил Эгчен.

– Говорят, что она мелет языком так, что люди ее умом думать начинают. Пусть покажется, может, и мы ее голосом запоем, – ответил Елган, и ягиры за его спиной рассмеялись, Налык просто усмехнулся.

– Глупцам сколько песен ни спой, их разум из трухи древом крепким не станет, – намеренно громко произнесла я и, потянув за собой Юглуса, шагнула к Эгчену. Он одарил меня тяжелым взглядом, но я осталась к нему равнодушна. – Я – Ашити, дочь вещей Ашит, верная жена каана Зеленых земель Танияра, сына Вазама из рода Даймара. Я пришла издалека, но была принята и признана Белым Духом. Зеленые земли стали мне домом, их жители братьями и сестрами. А кто ты такой… – начала я и добавила в голос иронии, – пришлый? Уж не тот ли Елган, кому священные клятвы не указ? Кто мнит себя превыше Отца и прочих духов? А привел кого? Неужто Налык? Отец пришел за жизнью дочери? – А затем выкрикнула, простерев вперед руки: – Кто вы?! Братья, готовые убивать братьев? Таковы ли любимые дети Белого Духа? Тому ли Он учил?! Он смотрит на вас, и глаза Его полнятся гневом, а в сердце таится горечь. Кто вы?! Предатели?! Одумайтесь, призываю вас я – Ашити, пришедшая издалека! Оскверните землю кровью сородичей ваших, и не будет вам прощения, одумайтесь!