– Что это взрывается, Юглус? У вас изобрели порох? Я не понимаю…

Ягир сжал мои плечи, резко встряхнул, и я наконец опомнилась. Моргнув, я обмякла в его руках. Юглус привлек меня к себе, дал перевести дух и, как только я шепнула: «Всё хорошо», – отстранился.

После этого я обернулась и встретилась взглядом с одной из помощниц Орсун. Впрочем, на нас с Юглусом смотрели все, кто был на подворье. Я улыбнулась им и произнесла:

– Тот, кто не боится, пусть отправится к стене. Раны могут быть легкими, и нести сюда воина не придется, только помочь, чтобы он мог вернуться к защите Иртэгена. Кто-то отважится?

– Я пойду, каанша, – ответил Самлек. – Знахарское дело мне знакомо, перевязать смогу.

Приблизившись к нему, я накрыла плечо травника ладонью и кивнула:

– Хорошо. Будь осторожен, без надобности на стену не поднимайся и… – я на миг замолчала, но все-таки продолжила: – Если они прорвутся, скройся. Ты не воин, незачем под ленгены лезть. Дадут духи, выживешь.

– Только возьму, что может понадобиться, – произнес Самлек и направился к скамейке, на которой лежала его сумка, похожая на сумку Хасиль.

А когда он уже собирался покинуть подворье, его остановил Танчын.

– Идем со мной, наденешь халын. – Доспехи, тут же пояснила я сама себе. – Тому, кто сам бережется, и духи в защите не откажут.

Нервно потерев ладони, я улыбнулась людям, оглядела заготовленные одеяла, на которые собирались класть раненых, а затем вернулась к Юглусу.

– Рассказывай, – велела я. – Вам знаком порох?

– Что такое порох? – спросил телохранитель.

Я не стала вдаваться в долгие пояснения, а изменила вопрос:

– Почему вспыхивали стрелы и что это гремело?

Ягир улыбнулся, поняв, о чем я всё это время спрашивала, и ответил:

– Ньиндан. Стрелы их наконечников сделаны из ньиндана. Когда берут кусок железа, из которого отковывают наконечники, его сначала расплавляют и смешивают с белым порошком, который получают, когда растирают куски ньина…

– Что такое ньин? – спросила я, понимая, что скоро совсем запутаюсь в его пояснениях.

– Это камень, – заговорил слушавший нас Кэмсул. – Его ищут на речных берегах. Иногда попадаются только крошки, а можно найти и целую жилу.

– Жилы уходят под воду, там залежи, но добраться сложно, потому ищут поблизости к воде. Ньин колют, потом дробят, потом растирают до порошка. И вот этот порошок добавляют к расплавленному железу, а из него уже куют наконечники для стрел, – снова заговорил Юглус. – Такие стрелы носят в особых колчанах, куда не должен попадать воздух. На воздухе ньиндан загорается голубым огнем, а когда наконечник ударяется о стену, ньиндан взрывается, и огонь разгорается.