- Черт побери, - пробормотал Раньян. – А ведь ошибся я…

Он вспомнил предыдущий визит, странную игру эмоций на бледном и злом лице королевы, как будто ей подсказали красивое решение сложной проблемы. Сделал шаг в сторону, заставив охранников снова дернуться, и поклонился Ее Высочеству, вполне искренне, без наигранности.

- Обычно я смотрю на заговоры… с особенного угла, - сказал он, обращаясь только к женщине в траурно-черном платье с огромными буфами на плечах. – Снизу, как наемный клинок. Редко удается видеть все, так сказать, в соединении. Браво. Отличная задумка.

- Благодарю, - едва заметно двинула подбородком Ее Высочество, и рубиновые серьги качнулись, отражая свет будто капли свежепролитой крови. Признание королевы было вполне искренним, без ее обычного высокомерия.

- Меня подкупили? – уточнил Раньян, игнорируя тетрарха, который пучил глаза и нервно тискал унизанные золотом пальцы. – Или это буйное проявление преступной натуры человека без врожденной чести?

Блондин встал рядом с покровительницей, готовясь в любое мгновение выхватить бритву.

- Подкуп, разумеется, - снизошла до ответа королева. В эти секунды бретер и дворянка говорили как равные, отдавая должное уму оппонента.

- Подкуп, организованный врагами моего господина мужа, мудрейшего из достойных, достойнейшего из мудрых.

- Понимаю, - одобрительно кивнул Раньян. – Император Оттовио и его приспешники? А в моем доме завтра найдут прельстительные письма и золото?

- Уже нашли, - подсказала королева.

- Мой слуга, - нахмурился бретер. – Могу ли я просить о милости? Отпустите его восвояси, это верный и достойный человек.

- Стоит ли о нем теперь беспокоиться?- легко взмахнула рукой женщина в черном

Тетрарх начал вставать, вытягивая вперед пухлые ладони, открывая рот для приказа или, быть может, для крика. Скорее для крика в надежде доораться до стражи за дверьми. Однако не успел закончить ничего. Один из охранников выхватил меч и без особых изысков ударил повелителя четверти мира по шее, разрубив ее до позвоночника. Тело еще не успело брякнуться, а двое иных телохранителей уже выхватили кинжалы и наперегонки кололи своего товарища, единственного, кто не взял настоящее боевое оружие и, соответственно, не был посвящен в заговор. Убиваемый глухо вскрикивал, булькая кровью из пробитых легких. Судя по шуму за дверьми, там тоже что-то происходило. Оставшиеся телохранители встали перед госпожой, защищая ее от бретера.

Тело убитого тетрарха повалилось, будто мешок. Отдраенный и навощеный до зеркального блеска паркет щедро залило кровью, заколотый дворянин подергивал ногами в агонии. Супруга, точнее уже вдова поджала губы в недовольной, брезгливой гримасе, которая, впрочем, то и дело срывалась в злобную ухмылку очень плохого и очень довольного собой человека.