Хель взяла паузу, морща лоб и напряженно задумавшись о чем-то. Едва слышно пробормотала себе под нос короткую фразу, в которой вроде все слова были понятны, но смысл как-то не складывался:

- Происхождение семьи, государства и частной собственности.

- Черт возьми, - пробормотала Гамилла, которая первой сообразила, к чему ведет фехтовальщица. – Закон. Титулы… Дворянство!

- А что-то в этом есть, - пробормотал задумчиво Кадфаль. – Копье рождает власть. Однако на копье должен быть чей-то флаг. Иначе это не власть, а просто банда. И бандитскую силу передать детям-внукам трудновато.

- Вот именно, - кивнула Хель. - Но если тамошние люди меча станут настоящими баронами. Графами. Князьями, - она сделала паузу и проговорила совсем тихо, со значением. – Королями… Если они получат достойные титулы не собственным произволом, а по воле истинного правителя… того, в чьих жилах течет неподдельная кровь императоров Готдуа… избранника Божьего, спасенного волей Пантократора от людей и чудовищ… Это будет уже совсем иной разговор.

И воцарилась тишина.

- Боже мой, - спустя минуту прошептал Гаваль, и в голосе юноши благоговение перемешалось с ужасом. – Боже мой…

- Главное, не обесценить это богатство, - прохрипел Бьярн. – То, что раздается направо и налево, ничего не стоит.

Кадфаль шумно выдохнул, встряхнулся, будто пришел с дождя и отряхивал капли воды с халата.

- Хорошая мечта, - с неподдельной грустью проворчал он. – Красивая и прекрасная. Но… - искупитель вздохнул, как голодный человек, перед которым пронесли блюдо с изысканными яствами. – Но только лишь мечта. Не сладится. Головы сложим.

- Обоснуй, - предложила Хель. – Опровергни. Кто делает тетрархов королями? В чьей воле нарезать провинции, назначать правителей?

- Сие воля императора, - согласился искупитель, даже не споря, больше уточняя. – Но императора у нас нет. Ну, то есть он как бы имеется, - поправил сам себя Кадфаль. – Но за этим юношей ни вассалов, ни войска, ничего. Лишь… - он хмыкнул. – Маленькая и смешная армия.

- Увы, это так, - покачала головой Гамилла и добавила на всякий случай, обращаясь к Артиго. – Простите. Против истины не пойдешь.

Мальчик не ответил, однако ногами болтать перестал.

- А что если юноша без вассалов и войска… - Хель задумалась на пару мгновений. – Скажем… разошлет прокламации по градам и весям. Об освобождении провинций от налогов ради убережения от голода. На три года… Нет, лучше на пять. Что тогда?

- Да ничего. Пустой призыв самозванца, - качнула головой арбалетчица.

- Неужели? – мягко улыбнулась Хель. – После того как Остров и Двор столько месяцев жестоко торговались за него, показывая ценность этой головы? После того как Пантократор дважды уберег юного Артиго Готдуа от страшной участи, явив подлинное чудо?