- Я служил Вам, мой господин, однако прежде видел Вас только на картине, - слабо улыбнулся Дан-Шин. – А нынче лицезрю собственными глазами. Да еще Вы снизошли до того, чтобы прийти ко мне. Большая честь для маленького, сирого человека.

- Да, - согласился император. – Она могла быть куда существеннее… и ты был бы уже не столь мал и сир, выполнив приказ моей посланницы.

- Я виноват, - комит и не думал оправдываться. – Не справился. Не исполнил Вашу волю, господин. А теперь я совсем бесполезен.

Он криво усмехнулся, Оттовио косо глянул на одеяло, прикрывавшее больного. Одна нога четко выделялась под шерстяной тканью, вторая обрывалась на середине бедра. Лейб-медик уже развел руками, сказав, что это подлинное чудо, ведь из десятка подобных ампутаций успешно заканчивается едва ли пара.

- Думаю, поступим без лишних танцев, – продолжил комит.

Граф за спиной Оттовио снова дернул плечами, скорчив злую физиономию, император, не оглядываясь, слегка повел ладонью, дескать, тише, пускай говорит.

- Оставьте мне нож, письменные принадлежности. И скажите, в чем я должен признаться, - прошелестел Дан-Шин непослушными губами, с которых осыпались пересохшие чешуйки. – Возьму на себя какую-нибудь вину… скажем, попробовал убить мальчишку по собственному желанию. Чтобы выслужиться… - он хмыкнул, уже не стараясь казаться вежливым. – Как положено низкому человеку без фамилии. Затем покончу с собой. Все будут довольны.

- Как вдова Сибуайенн, - поморщился Оттовио. – Кажется, обращение к традициям Старой Империи входит в моду.

- Вскрытие жил простолюдином будет выглядеть нарочито, - прокомментировал Шотан. – Сразу поймут, что дело нечисто.

- О, Господи, все бы вам, бономам, усложнять. Упасть на кинжал с кровати, для этого много ума не надо, - отмахнулся Дан-Шин. – Или в шею воткнуть. Лишь немного старания и твердости в руке. Только просьба, не закапывайте как падаль. Кладбище где-нибудь на отшибе, скромная могилка с камнем без надписей, этого хватит. Не люблю общих ям.

- Вспомоществование близким? – осведомился император. - Приданое незаконнорожденной дочке? Пенсия любовнице?

- Нет у меня близких. Так что казне сплошная экономия.

Оттовио помолчал немного, глядя на комиссара внимательно, хотя и с кажущимся безразличием.

- И ты готов послужить мне так… верно? – уточнил он. – До самого конца?

- Не вам, повелитель, - вздохнул комит. – Я служу Империи. Тому, что выше человека, сколь бы достойным он ни был. Я исполнял волю того, кто правил до вас, служил бы и тому, кто придет после… доведись прожить так долго. Но… не судьба. Я простолюдин, и я провалил задание. Дальше будет суд и злобная, тупая месть благородных тому, кто хоть на время стоял выше них. Усечения головы мне не положено. Смерть на виселице неприятная и долгая. Лучше уж так – тихо, аккуратно, по собственному выбору.