Запаса еды мне могло хватить дня на два, но я не считал нужным его экономить. Зачем, если в эту ночь я могу умереть? Вернее, не так, судя по предоставленному русалками описанию, смерть-то мне как раз и не грозила. Мог потерять тело, потерять разум, потерять душу или потеряться в забвении. Так что смерть была не самым страшным вариантом развития событий. А вот воды у меня оставалось три четверти фляжки, ее лучше приберечь хотя бы до вечера.

К предстоящему событию я относился двояко, с одной стороны русалки нагнали жути, сон этот с огромным пальцем и молниями, пояснения русалок во сне — все это заронило зерно иррационального страха мне в сердце. Особенно инструкция от русалок, ведь когда они говорили со мной во сне, то между нами устанавливалась эмпатическая связь, и я не просто слышал, что они говорят, я буквально на себе ощущал описываемые ими события. Одно дело если тебе скажут, что завтра ты умрешь, а совсем другое если покажут тебе эту смерить и дадут почувствовать, как именно она произойдет.

До недавнего момента я относился к заданию скептически. Ничего сверхъестественного, в плане обитателей, на болотах я так и не повстречал, поэтому полагал, что ночью на определенном месте просто расцветет цветок, я его сорву, если кто-то нападет, то активирую боевое тело и, скорее всего, убегу. Тут опять, вроде как, и подраться возможность подворачивается, но по времени лимит, успеть отнести цветок русалками до рассвета.

С последним пунктом тоже неясность — я не знал, как именно отнести цветок папоротника русалкам. То есть, теоретически, вероятно, если грань между сном и явью во время ивента разомкнется, то я смогу добежать до русалок. Но если поверить в это, то придется поверить и в то, что с той стороны полезет всякая нечисть.

Единственный более-менее вменяемый вариант, который мне виделся это тот, что я рву цветок и бегу домой, а там, или где-то по пути, русалки появляются наяву и забирают цветок. А что, Дубравка же появилась, чтоб предупредить о драконе. Значит и сейчас может появиться, просто мне нужно до рассвета добежать до зоны, в которой она имеет силу и способна это провернуть.

Вечер на болоте оказался потрясающим. Огромное размытое солнечное пятно медленно опускалось к горизонту, небеса темнели, а на болоте напротив, загорались огни. Светлячки, гнилушки, цветы, свечение из воды, все это было не только красивым, но и давало немало света, позволяющего сносно ориентироваться в пространстве.

Туман после захода солнца сгустился. Я подбросил дров в огонь, но он грыз их словно бы нехотя, потрескивая и поскрипывая. Пламя костра слегка разгоняло туман, образовав над ним нечто вроде купола или полога. От нечего делать я жевал мясо и смотрел по сторонам, стараясь не пропустить появление цветка. С удивлением я осознавал, что чем ближе была полночь, тем сильнее я начинал нервничать. И как оказалось неспроста.