Невзирая на всю осторожность Вулкарда, ловушки лишь задерживали Небериса, но не могли остановить. Часто его выручал полет. В других случаях он обезвреживал их рассеивающими заклинаниями. Если ему не удавалось обойти ловушки и развязать тугой узел колдовства, он провоцировал их магией. Одна из них, взорвавшись, вызвала небольшой обвал, поранив Небериса острыми камнями. Другая высвободила рассеивающее заклинание, сорвавшее с него магический покров и отозвавшее глаз забвенника в Нидрару.

Но его не беспокоило лишение защит, Неберис знал, от механизма управления врат его отделяет лишь одна преграда.

Ослепительный свет полыхающих игнив разрывал темноту, а несмолкаемый треск прорезал молчание подвала. Роща этих трепещущих деревьев-молний сплеталась непролазной чащей. Ее нельзя было обойти, погасить или обмануть. Полонир сорвал эти деревья еще только ростками в тот день, когда поднялся в надземный мир для похищения альвариха. Он посадил их в основании дворца, сделав живым сердцем, источником всей магии Бризариона.

Еще вчера эта преграда являлась для Небериса непреодолимой. Но сегодня у него был проводник и то единственное, что роща стерегла пуще царя.

Почувствовав Державный скипетр, игнив уняли пыл. Они расступились, пропуская Небериса, а после вновь сомкнулись плотным кольцом.

В центре рощи притаилась маленькая полянка, покрытая голубой травою и лепестками нежных цветов. Всю ее можно было пересечь пятью шагами. Меж серебристых ромашек и белых хризантем выглядывал необычный хрустальный тюльпан.

Неберис вложил Державный скипетр в тюльпан и провернул. Колдовской замок задребезжал звонким стеклом, и в то же мгновение распахнулись, пропуская армию Вальфруда, городские врата.

— Теперь я готов с тобой говорить! — крикнул полуальв в пустоту.

Перед ним с другой стороны тюльпана появился Вулкарда. Царь выглядел спокойным, но глубоко опечаленным. Раны в его плече уже не было.

— Ты победил, — признал он с тяжелым вздохом. — Со мной была вся сила Полонира, а я все равно не сумел тебя остановить. Но скажи, мой друг, — он вопросительно заглянул Неберису в глаза. — Какую судьбу ты уготовил народу Бризара?

— Мне безынтересна судьба Бризара, и я презираю рабский народ, готовый служить и кобольду и троллю, если они взойдут на трон. Однако именно в угле рождаются алмазы. Дворец и кандалы Полонира, глаза альвов и чистокровные бризарцы — вот компоненты, необходимые мне сейчас. Я сотворю новую расу, и мои небоизбранные вознесутся на небеса. Мы будем жить вдали от мерзких интриг человечества, от грязных войн, от зависти и нищеты. Мы будем соседями небесных драконов, альвов и альварихов. Мы будем учиться у них, познавать Яргулвард и самих себя.