Дядя Аима иногда читал ему перед сном такие сказки. И эту фразу он слышал в конце каждого рассказа – подобным образом Редманд Ламарэ-Краон подводил итог прочитанного.

Аим не знал, как обратиться к этому нечто, поэтому позвал по тому имени, которое ассоциировалось с этим образом:

– Розали, помоги мне.

– Я не она, я – ты, а точнее я – лучшее, что есть в тебе. Я знаю все, что знаешь ты. Я прошла через все, что ты прошел. Но при этом я осталась светом. А эта девушка, – нечто оглядело себя, – помогает тебе вспомнить хорошее внутри. Если ты потеряешь ее, ты потеряешь себя.

– Но я должен буду ее отпустить. У нас разные дороги.

– Да, ты же одержим местью.

Он остановился, а нечто продолжило идти вперед. Его время было на исходе. Он понял, куда оно отправлялось. Еще немного, и оно выйдет за границу, во тьму, откуда этот свет уже будет не достать.

– Постой! – Он опять догнал «девушку». – Что я должен осознать, чтобы выбраться?

– Ты знаешь. Ты должен открыть свое сердце.

Аим опять остановился, а нечто продолжило идти в сторону границы.

Он закрыл свое сердце год назад и с тех пор пообещал себе несколько вещей: выжить любой ценой, никому не доверять и ничего не чувствовать.

Слегка отставая, Аим снова пошел следом за «девушкой». По пути он стал переживать некоторые моменты из жизни, они вспыхивали в его голове вновь и вновь. А вслед за ними происходил внутренний монолог:

«Возможно, я перестал замечать хорошее в этой жизни.

Возможно, я больше не вижу красоту в этом мире.

Возможно, я больше не чувствую то, что должен.

Возможно, я и правда сбился с пути и не хочу этого признавать.

Возможно, я не прав.

Возможно, мне стоит рассказать ей всю правду о себе.

Возможно, я смог бы полюбить ее своим расколотым сердцем.

А она? Она могла бы полюбить меня? Она оставила бы меня, если бы узнала, что я натворил?»