– Итак, шаг первый: зрительный контакт важен. Отведешь глаза – не сможешь выведать тайны.

Розали прервала его монолог, выразив сомнения.

– Не помню, чтобы Хель когда-нибудь так делала.

– Не было необходимости в человеческом мире. – Он вопросительно приподнял бровь. – Что-нибудь еще?

– Нет, продолжай.

Гадес еще пару секунд непрерывно смотрел на нее со скучным лицом, ожидая, что она опять начнет допрашивать его.

– Шаг номер два: сковать визарда тенями. Без соприкосновения твоей магии и его кожи ничего не выйдет. Шаг номер три: произносить эти слова: «Mens purgatur, secreta revelantur» – ум прояснен, секреты открыты, – пока визард не начнет говорить.

Розали смущало в этом заклинании абсолютно все: принуждение, открытие чужих тайн, связывание тенями.

– Мне это не нравится, – честно призналась она.

– Да что ты? – с пренебрежением спросил он. – Ну да, это не твой уровень. Хель и Грэйем отлично с этим справлялись. Наверное, я требую слишком много от их внучки.

Он задел ее за живое. Хель знала эти заклинания, значит, Розали тоже должна была. Она не хотела больше быть только ее тенью.

– Ладно, я хочу знать это заклинание. Как я пойму, что я правильно его поняла?

– О, это не так сложно. Мы выйдем отсюда и найдем какого-нибудь участника, – пугающе заботливо заверил он.

Взгляд Гадеса устремился за спину Розали. Он смотрел так внимательно и настороженно, что у нее поползли мурашки по коже. Что он мог увидеть в темноте? Подавив пульсирующую панику, Розали обернулась.

Она сразу распознала знакомый силуэт.

– Аим, – с облегчением прошептала она.

– Почему я ничего не слышу? Они должны что-то говорить.

Он вертел головой в поиске тех самых голосов, что так напугали Розали. Его взгляд пал на Розали и затем скользнул по Гадесу, как по чему-то невидимому. Она даже засомневалась, мог ли он увидеть Гадеса. И не плод ли ее воображения шестнадцатилетний мальчик?

– Розали, в чем дело?

– Как ты здесь оказался?