– Нельзя, – подтвердил еще кто-то.

А вслед за ними посыпались и другие предупреждения:

– Пожалеешь об этом.

– Непременно.

– Уходи.

– Беги.

– Не оглядывайся.

– Быстрее.

Каждый из шепотов возникал ярко, быстро, как молния, а затем постепенно угасал, как огонек. Не успел один договорить, как сверху на него наслаивался другой голос.

– Гадес, мне это не нравится. Что это?

– Где? – безэмоционально спросил он.

– Шепоты, ты их слышишь?

– А, это. Это судьи возмущаются. Не переживай, мы зайдем туда, где их слышно не будет.

Розали обернулась и обнаружила, что уже было не ясно, где зад, где перед, где лево и где право. Если бы даже она пошла назад, то ее шансы выйти отсюда были бы минимальны. Она захотела ущипнуть себя в надежде проснуться от этого кошмара. Розали ужасно хотела, чтобы Гадес, как и эта темнота, испарились в пробивающихся сквозь доски лучах солнца на чердаке. А она бы проснулась и была бы целой и невредимой в объятиях сестер. Но это было невозможно. Ее единственный спутник на этом пути – охранник потустороннего мира, и только он был способен указать дорогу назад. И тут до нее дошло: она действительно пошла по этой тропе за незнакомцем, который даже не совсем сорсиер и не питал нежных чувств к ее семье. Но что поделаешь, когда дело касалось Хель, рана в ее сердце начинала кровоточить, затуманивая разум.

Розали набралась храбрости.

– Гадес, ты же был рядом с Хель, когда она познакомилась с Бэзилом Налом?

– Был.

Возможно, он сказал что-то еще, но его голос сдуло ветром. В отличие от места под ясным небом рядом с сумрачными домами, за границей выдуманного мира было ветрено. Ветер здесь был прохладный и настырный.

Розали ускорила шаг и догнала друга Хель. Теперь она сможет услышать каждое его слово.

– Что случилось? Я… я имею в виду, почему она так поступила?