— Нынешнюю канонизацию они держали в строжайшей тайне, — продолжила я. — Насколько я помню по рассказам, то, что Момби возведут в гигазвёзды, было для нас, журналистов, таким же "секретом", как то, какую причёску сейчас носит Сильвио. Газеты и телевидение просто договорились молчать до самого дня церемонии. Никакого заговора молчания, за исключением внутреннего круга святителей, Верховного Перцера и тому подобное. Сплетни для них, как живая вода. Если бы двадцать человек знали, кто станет новой гигазвездой, один из них наверняка проболтался бы одному из осведомителей, моих или твоих, это как пить дать. Если бы знали десять человек, я точно так же ручаюсь, что сумела бы докопаться до истины. Так что в тайну посвящены даже меньше! Пока что ты со мной согласна?

— Продолжай, о среброязыкая!

— Я свела всё к трём вероятностям. Микки, Джон, Сильвио. Очень ли страшно я далека в этом от истины?

Крикет не ответила ни да, ни нет, только пожала плечами, но её жест дал мне понять, что её собственный список немногим отличается от моего.

— У каждого есть свой минус. Ты знаешь, какой у кого.

— Двое из троих… э-э-э… старые, — встряла Бренда.

— И тому есть масса причин, — откликнулась я. — Посмотри на четвёрку гигазвёзд: они все родились на Земле. Беда в том, что в нашем обществе куда меньше насилия, чем было в прежние века. У нас случается недостаточно трагических смертей. Момби — единственная сверхзвезда, кто сделал милость трагически погибнуть за более чем сотню последних лет. Большинство других артистов болтается на сцене до тех пор, пока окончательно не впадут в забвение. Взять хотя бы Эйлин Франк.

— Или хоть Ларса О" Мэлли, — добавила Крикет.

По озадаченному выражению лица Бренды я поняла, что всё было так, как я и догадывалась — она не слышала ни о той, ни о другом.

— А где они сейчас? — поинтересовалась она, невольно озвучив приговор, которого знаменитости боятся больше всего.

— На задворках слоновьего кладбища. В грязных пивнушках нижних уровней — может быть, даже не за столиками сидят, а между двух стульев. А ведь они оба были когда-то так же популярны, как Сильвио.

Бренда взглянула на меня с сомнением, будто я сказала, что есть нечто, большее, чем бесконечность. Ничего, скоро она узнает…

— И каков же твой гениальный вывод? — спросила Крикет.

Я сделала широкий жест, обведя помещение:

— Взгляните на это всё! На все эти триллионы триллионов телеэкранов. Если бы выбраны были Микки или Джон, что бы произошло? Некий техник за сценой вытащил бы их диск из коробки и выбежал на сцену, держа его над головой? Нет, произошло бы вот что: все эти экраны начали бы показывать "Пароходик Уилли", "Фантазию" или любой другой мультфильм про Микки, или же… в каких там фильмах снялся Джон Леннон?