Я не могла позволить себе быть подстреленной снова. Схватила отрезок трубы и устремилась к коридору. Не думаю, что причинила бы существенный вред толстым скафандрам, но прицельным ударом по гермошлему могла бы разбить забрало. По крайней мере не сдамся без борьбы. Это Уинстон научил меня идти до конца.

Выскочив в коридор, я снова почувствовала, будто наступила на "четвёртую ступень" трёхступенчатой лестницы. Я выскочила с трубой наперевес, будто игрок с битой, готовая всем расколошматить забрала. А никого там не оказалось.

Я увидела удалявшиеся спины солдат, окружённые ореолами света от ламп в их гермошлемах. Вояки резво направлялись к выходу.

Я никогда не узнаю точно, почему, но, вероятнее всего, их позвали на поверхность в помощь тем, кто искал меня там. Откуда им было знать, что парни наверху мусорной кучи стояли всего лишь в нескольких метрах надо мной? В любом случае, останься они где стояли, я прожила бы ещё от силы девяносто секунд. Так что я выждала секунд десять, чтобы солдаты уж точно не заметили, как я двигаюсь, и потянулась за адаптером для шланга ШС.

Но его не оказалось.

Я буквально обезумела. Как же глупо было бы погибнуть так — подобраться совсем близко к источнику спасения, а потом задохнуться на расстоянии вытянутой руки от тонны сжатого кислорода! Я ударила кулаком по резервуару, достала фонарь и посветила на пол вокруг себя. Но была уверена, что адаптер забрали солдаты. Я бы на их месте так и поступила.

А они — нет. Адаптер валялся здесь же рядом, у опорной плиты ШС. Возможно, кто-то из стражей сшиб его своей жирной задницей, когда решил посидеть на резервуаре. Трясущимися пальцами я вставила адаптер себе в грудь, присоединила воздушный шланг и резко повернула выпускной вентиль.

Слова — мой хлеб. Я отношусь к ним с почтением и всегда стремлюсь подобрать наиболее подходящее из них. Но после долгих поисков слова, верно описывающего ощущение от первого глотка прохладного воздуха, я пришла к выводу, что такого слова ещё не придумали. Представьте себе величайшее наслаждение, что вы когда-либо испытывали, и опишите его тем словом, какое в голову придёт. Оргазм — всего лишь бледное подобие пережитого мной тогда.

* * *

Почему же солдаты не забрали адаптер? Ответ, когда я его впоследствии узнала, оказался простым и типичным для Великого Сбоя. Стражи не знали, что адаптер мне нужен.

Полицейским и солдатам, захватившим райцентр Хайнлайн, особо ничего ни о чём не рассказывали. Их не готовили к возможности встретить вооружённое сопротивление. Они почти ничего не знали ни о природе, ни об ограничениях технологии нуль-скафандров. И совершенно точно им не сказали, что штурмующих групп будет две и задачи их будут пересекаться настолько, что одна группа создаст условия для уничтожения другой. Всё это нанесло сокрушительный урон их тактике. Многие люди выжили благодаря этой путанице, в том числе и я. Мне хотелось бы приписать заслугу сохранения своей жизни исключительно себе — ведь не всегда же я делала глупости, — но всё дело было в том, что у меня был Уинстон и мне очень везло, а причиной везения по большей части были неосведомлённость противника и бездарное командование.