Вой в печной трубе.
Мия поднялась на ноги и уверенно ткнула пальцем.
— Там, — прошептала она. Кашлянула, и голос ее взвился над площадью, — грен Лусар, твой манок там! Один человек в башне ратуши, на самом верху. Больше нет.
Он глянул на девочку остро и, помедлив мгновение, кивнул. Закричал что-то Снуру, указывая мечом на башню. Тот мотнул головой и зарычал в ответ. Маг выплел сложную фигуру, и в сторону ратуши пронесся воздушный шар, катком размазывая по мостовой и коосок, и пару шуршиг, и одинокого сорха.
Но до башни было так много метров пути.
Слишком много.
Она опоздала. Слишком долго думала и решалась. Медлила, отвлекалась, едва в панику не ударилась.
Внутри зрела, взращенная на горести, злость. Разорвать, уничтожить — всех, кто посмел, всех! Прогнать их, прогнать…
Коснулась сознания одной кооски, второй, залетного кахока. Вдохнула, медленно и тяжело, подгребая под себя все больше иных тварей — всех, до кого смогла дотянуться.
— Пр-р-рочь! — зарычала низко, едва не срывая голос, сама себя не узнавая. — Все прочь!
Серое море замерло, качнулось и отпрянуло, а она…
Она упала во тьму.
Иных тварей было слишком много. Линда крутилась юлой, рубила, резала и колола. Кровь брызгала веером, попадая в глаза, от нее уже скользила рукоять. Истерично заржала лошадь и понеслась прочь, топча копытами крыс и взбрыкивая крупом, в который вцепилась пара коосок. Девушка позволила себе лишь миг на сожаление, и вернулась к бою.
Страшно не было. Она не думала о страхе. Но… одолевало чувство безнадеги от неправильности происходящего. Щит на магах держался, это подтвердил грен Иртен, но местные твари сходили с ума и отчаянно кидались и на отряд, и друг на друга. Оборона из круга превратилась в вытянутый эллипс, перехваченный посередине, и Линда при всем желании не могла узнать, что творится там, в другой его части. Они рубили иных тварей, словно безумные косари спелую пшеницу, а те лишь прибывали, накатывая волнами.
Сумасшествие какое-то.
Она мало знала про иных тварей, и видела далеко не все, но понимала — они так себя не ведут. Даже на магов так не реагируют. И самое поганое, что она не могла придумать, что можно со всем этим сделать. Как остановить.
Она могла прорваться к Дому Общин, что был ближе всего, попробовать затаиться в нем, но подозревала, что это проблему бы не решило. Приказа к прорыву не поступало, и она не могла бросить никого из своих — а они все стали своими — и потому стояла, держа оборону, на месте.