Река.

Синей, извилистой лентой она укладывалась на узорчатый ковёр и размерено несла свои воды в неведомую даль. Лёгкий ветер создавал на её поверхности причудливую рябь и нагонял небольшие волны, которые радостно плескались возле поросших травами берегов — именно их я слышала и именно к ним потянулась. А над рекой, едва выделяясь на фоне неба, сквозь пелену тумана проступали очертания призрачных гор.

У ближнего берега я увидела лодку — сизо-коричневую, немного потёртую и мирно качавшуюся на волнах. Привязи не было, однако я знала, что, несмотря на течение и ветер, она не сдвинется с места, поскольку дожидалась меня. Без раздумий я сделала шаг и встала на середину. И лодка тут же скользнула по водной глади, не потревожив её поверхности. Медленно и неторопливо, но она всё дальше уносила меня от места, где я появилась, аккуратно повторяя причудливые изгибы русла и держась по центру водного потока, словно невидимый штурман направлял её движение. Я не знала, будет ли так всегда, или когда-нибудь лодка остановится, не знала, сколько прошло времени — вечность или одно мгновение. Только туман, стелившийся над землёй, понемногу начал таять и исчезать, воздух стал прозрачнее, а серый свет сменился бледно-розовым, окрасив пространство новыми красками: горные вершины засветились тёплыми бликами, зелёный ковёр обрёл насыщенность и яркость, цветы на нём увеличились и засияли.

И вскоре, после очередного изгиба русла, лодка осторожно уткнулась носом в отмель.

Я ступила на берег и окинула взглядом новое место.

Луг по-прежнему растворялся вдали, зато сизые горы приблизились, поменяли форму и стали темнее, проявившись во всём великолепии. Холодные и безмолвные, они выросли над мирным пейзажем и отразились в неспокойной воде, будто залюбовавшись своим отражением. А над ними длинными, тонкими хлыстами взмыли ввысь две сильноизогнутые скалы, склонившиеся в вечном стремлении встретиться и обрести друг друга. И их причудливые контуры показались мне смутно знакомыми, словно когда-то я уже видела и эти скалы, и эти горы, и эту реку. Однако, сколько бы ни старалась, вспомнить так и не смогла.

Но разве мне было что вспоминать?..

Возле их далёкого, растворявшегося в серой дымке подножия я заметила какое-то движение и, опустив взгляд, увидела неясную, призрачную фигуру, словно бы двигавшуюся навстречу. Это вновь не удивило и не обрадовало, поскольку я не знала, находилась ли здесь одна или вокруг могли быть другие люди и другие существа. И потому я просто наблюдала, как фигура медленно приближалась, постепенно выплывая из мутной серости, обретая цвет, плотность и превращаясь в человека. Когда же человек немного приблизился, я смогла различить рубаху и штаны, в которые он был одет, отметила высокий рост, широкие плечи и тёмные волосы. А затем разглядела заострённые черты лица, сведённые к переносице густые брови и чёрные глаза, загадочно и тоскливо блестевшие под ними. И по моему невесомому телу вдруг пробежала дрожь. Что-то в этих глазах показалось мне очень тревожным, вызвав неясное беспокойство и нарушив безмятежность расслабленного разума.