— Я видел её, — сказал рулевой. — Видел великую бойню, которая чуть не стёрла всю жизнь с лица мира. Войну в небесах, из-за которых облака десятками лет вспыхивали огнями. Подбитые космические корабли, обрушивавшиеся на города с миллионами жителей. Это была катастрофа. И устроил её Освободитель.

— Как ты можешь знать, что это не было ради правого дела? — спросила Вера.

Томми тряхнул головой, словно её слова были мороком, который требовалось развеять.

— Ни одно дело не стоит таких жертв. Я не видел всех деталей, сестричка. Все эти воспоминания пришли ко мне лишь отрывками. Одно я могу сказать точно: за свои слова я ручаюсь. Освободитель увидел конец света и помешался на идее предотвратить его любыми возможными средствами. Он посчитал что Бог, который управлял их обществом, не способен это сделать. И для этого нужно было его убить. Его — и всех, кто его защищал.

— Если Бог не способен защитить тех, кто ему поклоняется, то грош ему цена, — весомо заметила Вера. — Ты сейчас только подтверждаешь, что Освободитель был прав, подняв восстание.

— И убийство сына? — ввернула Эмма. Дочь иммигранта нахмурилась.

— Если его сын не понимал экстремальности проблемы, то его жертва стоила того, чтобы обеспечить выживание всего человечества.

— Цель оправдывает средства, когда она достигнута, — кисло отозвался Томми. — Освободитель ничего не сумел придумать. Он просто бросился в пекло, а когда всё сгорело, понял, что остался один посреди царства из золы. И не смог найти лучше выхода, как посыпать голову пеплом и отправиться, куда глаза глядят. Вот это твой Бог, Вера? Вот за кем ты предлагаешь следовать?

— Опять же, — маленькая иммигрантка всплеснула руками, — это всего лишь ваши догадки. И слова того мальчишки. Вы не можете сказать точно, что Освободитель ничего не предусмотрел. А может быть Эдем и есть спасение от царства тьмы? Может быть, это единственное убежище, способное сохранить людской род? Как вам такое?

Томми ничего не сказал, лишь молча махнул рукой, уставившись за борт. Видения легли на его плечи тяжёлым грузом — и, похоже, он понимал, что бесполезно спорить с кем-то, их не разделявшим. Вера победоносно усмехнулась.

— Вы можете готовиться к драке, — сказала она. — Но без разговора с Освободителем вам не обойтись. Я настаиваю.

— Хорошо, — Эмма подняла руки. — Будь по-твоему. В лучшем случае, он действительно поделится своими мыслями. В худшем, ты просто встретишься с Виком Валентайном, который уверил себя, что он обычный человек.

— А он и есть обычный человек, — сказал Томми. — Он ведь не солгал, сказав, что его силы остались в Эдеме. Он умирает, точно так же, как и я умирал, когда пускал себе пулю в висок. Но меня обратно возвращала Катрина. А его — паразит, который принял облик экзоскелета.