Вик сделал несколько шагов к старому другу и присел перед ним.

— Ты смягчил моё падение, — сказал он. — Зачем? Разве ты не хотел меня убить?

— Я хотел, чтобы ты узрел, — ответил полковник. Вик покачал головой.

— Разницы я не чувствую. Ты ничего не добился.

— Пока что, — ухмыльнулся полковник. — Пока что… Ступай с миром, Вик. Я свою цель в этой жизни выполнил.

— Какую же? Призвал Освободителя? Отсрочил конец света? Оглянись! Эдем всё ещё здесь!

— Я получил то, что хотел, — сказал Эймс. Его глаза расфокусировались. Отвернувшись, полковник посмотрел вверх. — Если бы только жители Города знали, как красиво небо. И этот свет…

Сказав это, он сделал свой последний вздох и замер. Вик опустил мертвецу веки и поднялся. Ему казалось, будто он знает, что делать дальше.

Вик двинулся к катеру, внутренне взывая ко тьме. Та не отвечала. Только тогда он понял, что именно сделал полковник.

Эймс освободил его.

Было ли это результатом присоединения руки или действием золотых осколков, Вик не знал, да и это его мало интересовало. Сама мысль казалась безумием. Неужели такое было возможно с самого начала? «Ведь останется только тьма, её невозможно победить», — сказал себе Вик — и опять не услышал ответа. Получается, его обманывали? На мгновение показалось, что даже есть шанс всё исправить.

Он лишь усмехнулся. Мертвецов не вернуть. Вик уже наломал слишком много дров, назад пути нет. Но кто сказал, что нужно идти вперёд? Нутром он понимал, что ничего не изменить. Конец света неизбежен. Он ведь сам всё видел. Пусть сейчас он не чувствовал нависшего над всеми живущими меча, это не значило, что его нет вообще.

Что произойдёт, если он умрёт? Всё вернётся на круги своя? Его опять закинет к моменту, когда он вернулся в Первый Город? Или же отныне его ждёт небытие? Как бы там ни было, проверять Вик не собирался. Ему дали шанс. Даже не один на миллион, а тот, которого в принципе не должно было существовать.

Давным-давно он сумел выторговать у тьмы Эдем. Теперь же он собирался изменить условия сделки. Вступать в битву, которую невозможно выиграть, как минимум глупо. И всё же Вик сделает это.

Когда-то Джек сказал, что лучше умрёт вместе с отцом. А он даже не попытался пожить с сыном, сразу же распахнув объятия смерти. Настало время всё изменить. Хоть чуть-чуть побороться, прежде чем всё кончится.

Казалось, будто он не спускается, а падает всё ниже и ниже — так быстро увеличивалось чёрное древо, нависшее над ним. Когда до ствола осталось не больше нескольких десятков метров, Вик рассмотрел фигуры, лежавшие на земле. И шамана, стоящего над всеми, упивающегося тьмой.