Опирающиеся на две точки упыри поднимаются по лестнице к люку, а потом становятся невесомыми – гравитационный колодец подхватывает их и помогает пробраться сквозь отверстие.

Севро убирает руку с моей груди:

– Твоя очередь, принцесса.

Используя схемы, хранившиеся в базе данных Звездного зала, я выбрал в качестве точки входа зал фильтрации воды. Он темный, шумный и полностью автоматизированный. Огромные машины всасывают морскую воду и опресняют ее для охранников и заключенных. Я вызываю карту на свой экран, и синие отметки вспыхивают, указывая на камеру, в которой находится наша цель. На дисплее светятся белые следы, наглядно показывая выбранный нами путь.

Я вскидываю винтовку на плечо и вывожу своих людей из помещения опреснительной установки. Мы движемся бесшумно. В моем шлеме слышно усиленное дыхание станционного механика. Его фигура светится, словно огромный уголь в форме человека, сквозь массивный фотоэлектрический кислородный светоделитель. Я двигаюсь вперед, пригнувшись. Потом Севро обгоняет меня и первым заворачивает за угол. Раздается негромкий звук: это шипит заряд паучьего яда, вылетая из узкого ствола винтовки с коротким прикладом. Механик падает как подкошенный.

Севро надевает на него пластиковые наручники и возвращается, подняв палец:

– Один.

Оставив уровень с опреснителем позади, движемся по нижним переходам подводной базы, словно бесшумное ночное животное о четырнадцати руках и ногах. Дипгрейв полагается на свою внешнюю защиту, способную выпотрошить даже тяжелые штурмовые силы легионов Праха, но внутренние системы безопасности были созданы для того, чтобы удерживать людей внутри, а не противостоять угрозе снаружи.

Мы отключаем нескольких работников, что потягивали кофе из термоса, прежде чем приступить к утренней работе. Я и Севро соревнуемся, кто первый попадет в них паучьим зарядом. С огнестрельным оружием Севро обращается лучше, чем я, и к тому моменту, как мы проходим через тяжелые укрепленные двери с повышенной степенью защиты, такие толстые, что кажется, будто они сделаны какой-то древней расой, счет составляет 4:1 в пользу моего друга. Двери старые и ржавые, как и остальные кости и панцирь этого краба – обветшалой подводной базы-тюрьмы. Лишь сухожилия новые. Светящиеся биометрические сканеры. Дроны производства «Сан индастриз». Трубы с подводом газа на потолке для разгона толпы. Все это нейтрализовано доступом Улитки к центральному процессору.

Мы активируем плащи-невидимки и проскальзываем в открытую дверь поста охраны за массивными дверями, ведущими на высокозащищенный уровень «омега». Охранники болтают друг с другом за столом, на котором стоят жестяные миски с завтраком и кружки с терранским кофе, сдобренным цикорием. Ради обеспечения лояльности восстанию бо́льшая часть здешних охранников – с моей планеты. Хотя политсостав в основном из алых и носит на мундире значок с перевернутой пирамидой «Вокс попули», чтобы заявить о своей причастности к пролетариату, в охране по прежнему преобладают серые.