– Кто-то должен положить этому конец. Ты можешь быть отцом в свободное время. А сейчас соберись и выполняй свою работу.

– Нам не следовало соваться сюда.

– Ну а что ты предлагаешь взамен? Мчаться обратно на Луну, поджав хвост? Сдаться стражам и смотреть, как «Вокс попули» выпотрошит республику, а Повелитель Праха и окраина разорвут ее на части, когда им надоест притворяться спящими? Это значит, что мы напрасно выпустили банду массовых убийц. Что Вульфгар погиб зря. – Я теряю хладнокровие, и мой голос выдает это. – Неужели мы десять лет сражались впустую? И как по-твоему, что будет, когда сюда придут с окраины?

– Этот план провалился, – настаивает на своем Севро. – Мы должны минимизировать потери. Отправиться с флотом на Меркурий, если не сможем вернуться домой. Я не хочу умирать за этого урода.

– Я выслушал ваше мнение, – говорю я, стараясь не давать волю гневу. – Благодарю, что высказали его, император. Я обдумал ваши слова и решил, что миссию следует продолжать. Требую, чтобы к шестнадцати ноль-ноль люди были накормлены, а робоскафандры загружены на штурмовой челнок. Проследите, чтобы они не попались никому на глаза. Нельзя допустить, чтобы легионеры Аполлония узнали, кто воюет с ними вместе.

Я жду, что Севро обругает меня, может, даже ударит. Страх никогда больше не увидеть дочерей делает его иррациональным, даже трусливым. Но он лишь смотрит на меня, потом медленно поднимает кулак.

– Да здравствует Жнец. – Он резко разворачивается.

– Севро, – окликаю его я, пока он не вышел за дверь, и вспоминаю, как уходил Рок.

Мой друг останавливается лицом к двери. Глядя на покрытый шрамами затылок, я чувствую разделяющую нас дистанцию.

– Мне жаль, что ты не согласен со мной. Но я рассказал тебе все, что знаю. И я верю, что инициатива за нами и у нас есть возможность уничтожить их командную структуру.

Севро кивает:

– Конечно ты веришь. – Он прикусывает губу. – После этого я уйду. Я не стану таким, как ты. Не стану таким, как мой папаша. – Он смотрит на меня, словно бы защищаясь, и в то же время враждебно. – У моих девочек будет папа. Если это эгоистично – что ж, мне плевать. Пускай Аресом будет кто-нибудь другой.

Он уходит.

Его слова пробуждают во мне сомнения, но сегодня для размышлений нет ни лишней минуты, ни возможности уединиться. Я бросаю взгляд на Траксу:

– У тебя есть мнение?

– Не-а. И времени тоже. Прикажете подготовить людей, сэр?

Два часа спустя я стою в тени ангара, где упыри готовят к отлету «Несс» и наши истребители. Сквозь грохот загружаемого снаряжения и ругательства Мин-Мин и Клоуна я слышу отдаленный рев двигателей: это вся мощь дома Валий-Рат – уж какая есть – отрывается от взлетной полосы. Сорок истребителей поднимаются над бетоном, как утки над прудом; их двигатели горят синим, их тени в предвечернем свете тяжелы и темны. Они летят строго на юг. Вместе с ними взлетели пять длинных фрегатов и челноков, забитых штурмовиками-серыми в скафандрах-кузнечиках. Опоздавший солдат гонится за последним челноком, сжимая в руках приносящий удачу амулет. Изогнутые удлиненные ноги кузнечика разворачиваются вдоль коленного сустава и швыряют солдата вперед в нечеловеческом прыжке. Парень преодолевает пять метров, отделяющие его от судна, а там друзья хватают его за руку и затаскивают внутрь.