– А ты?

Амогг усмехнулась, обнажив унизанные кольцами бивни, ее кожа вспыхнула ярко-алым.

– Я докажу, что Амогг – самая сильная. Заставлю принца птицы и большой горящей Богини пожалеть, что Вундак бесславно погибла. Топор предков голоден.

Амогг подняла оружие и заревела. Солдаты Империи света съежились и замерли, уж больно грозным был могучий топор старого орка. Тарнбрукское ополчение воспользовалось шансом убежать в укрытие. Амогг не презирала их за это – они всего лишь люди. Один храбрый и проворный вражеский солдат попытался проскользнуть мимо, но она схватила его за голову одной рукой. Шлем и череп треснули в ее хватке, и она швырнула труп обратно его клану.

На Амогг двинулся золотой силуэт принца Сокола, он уже не был ужасающим, похожим на гору воплощением Богини, а всего-навсего огромной фигурой, бушующей в священной ярости. Он растоптал оборонительный ров и колья, а потом с легкостью снес участок частокола, на строительство которого ушло несколько недель.

Амогг смотрела, как пламя сжигает людей, как сухую солому, но эти хлюпики сделаны из дерьма и палок. В Амогг Хадакк течет кровь Гардрама, она рождена для сражений и славы. Пока пехота нерешительно топталась на месте, ее обстреливали имперские лучники. Амогг ничего не предпринимала, дав им последний шанс ее уложить. Повсюду сыпались стрелы. Одна с лязгом отскочила от топора. Другая пощекотала живот. Амогг выдернула ее, как выдернул бы шип человек, и отбросила прочь.

– Теперь ты моя, злобная зверюга, – прогремел поборник Светлейшей, приблизившись к Амогг.

Амогг засмеялась:

– Нет, это ты мой!

Она бегом поднялась по ступеням на вершину частокола и прыгнула, крепкие мускулы старого орка перенесли ее прямо на принца Сокола. С поднятым наготове топором она устремилась на его реальное тело, запертое в божественной оболочке.

Гигант потрясенно вытаращил глаза, сверкающие грозовыми молниями.

– Амогг Хадакк – самая сильная! – проревела она, врезав ему топором.

Фигура из божественного огня устояла против натиска металла, но Амогг была вождем племени Хадакк и знала, что великий бог Гардрам наблюдает за схваткой. Она налегла на топор всем телом, всаживая клинок глубже.

Ее охватило пламя, пожирая плоть, сжигая кожу, жир и мышцы. Боль была безумная, но и слава ей под стать. Прежде чем сварились ее глаза, она увидела, как мощный топор достиг цели. Гардрам с ней! Шлем и лоб принца Сокола раскололись, и топор вошел в мозг. Далеко разнесутся сказания о богах и людях-магах, которых победила Амогг.

Она – самый могучий воин из всех…

Ополченцы перелезли через баррикады из телег, столов и бочек, наполненных землей, и заняли позиции. Рыжая Пенни обернулась, чтобы посмотреть на последнюю битву Амогг Хадакк, и ее сердце заколотилось от дикой радости при виде последнего удара топора. Она прикрыла глаза, потому что огненная фигура Светлейшей взорвалась, испепелив остатки Амогг и все вокруг в радиусе пятидесяти шагов.